Возвращение, рассказ Сергея Вдовина
13 декабря 2012 - Геннадий Казанин

Возвращение, рассказ Сергея Вдовина

День памяти воинов-интернационалистов

ВОЗВРАЩЕНИЕ

«Осторожно! Двери закрываются. Следующая станция – Калтан». Простужено дребезжащий голос из динамика прозвучал, как музыка. Вагонные колеса подхватили песню, застучали дробно: «Домой! Домой!» «Домой», - пела и моя душа, подгоняя электричку. И вот наконец-то скрип тормозов, шипение открывающейся двери, и я, продрогший от нетерпения, прыгаю на заснеженный перрон родного города.

- Здравствуй, Город!

- Здравствуй, Серега! - Город, встречая меня, блестит снегом.

А морозец-то! А! Морозец! За сорок придавил! Тоже встречает меня, шуткует, прихватывает: и шапка на мне ушита, и сапоги, и шинелька, и перчатки на «рыбьем меху». Не для январской Сибири ...

Бегом! Бегом! Торопит мороз, скрипит под ногами, теребит и радуется. Бегом, Серега! Хватит афганской маяты. Домой!

Ступеньки ... взлетаю... кнопка звонка …  надо отдышаться. Господи! Неужели я дома?! Сейчас. … Кто за дверью? Мама?.. Сердце стучит!.. Сестренка! Ух!.. Сонная еще!.. - Танюшка!

- Ой ...

- Да я это, я!

- Ой, мамочки… Живой!

- Живой, Танюшка!

- Сережка! Вернулся!

- Вернулся!..

- Мама! Мама! Сережка вернулся!

- Сынок!.. - Мама, покачнувшись, прислонилась плечом к стене. – Сынок …

Мамины глаза Мамины руки ...

Горячий душ. Облако пара ... Таю ... таю ... Неужели я дома?! Кафель на стенах ... белизна ванны ... халат на крючке ...

Закрыв глаза, подставляю лицо струям воды и улыбаюсь: «Благодать! Какая благодать!»

Наплескавшийся, разомлевший и довольный, выхожу из ванны. К моим ногам, выгибая спину, прижался кот Васька. Замурлыкал, узнавая, - к чужим не подходит. Я замер, прислушиваясь: мама с сестренкой хлопочут на кухне, звенят посудой. В зале бормочет телевизор. У соседей наверху что-то упало, покатилось, послышались торопливые шаги. Где-то чуть слышно заиграла музыка. Отзываясь ей, рассерженно и басовито загудел водопроводный кран - покой и тишина! Дом просыпается.

Память вдруг вспучилась наваждением, хлестнула изгибом другого утра ... афганского. Передернулся зябко, словно стряхивая, повел плечами.

Со стороны кухни прилетел ароматный запах. М-м-м ... потянулся ему навстречу. Вкуснотища!

Мама! Танюшка! Родные мои! Как же я соскучился! Жаль, отец в больнице. Сердце ... Он-то про Афган знал ... Ничего, теперь поправится. Я дома!

- Сережка, - сестра смеется, не разрешает мне стащить с тарелки аппетитный бутерброд. - Ну что ты как маленький?! Сейчас все за стол сядем. Мам! Зачем ты ему разрешаешь?

Сестра опять смеется:

- Я так больше не играю! Как был в любимчиках, так и остался! Ой! - Танюшка вскрикнула. Это я, дурачась, как в детстве, ущипнул ее за бок.

- Ах, так! - сестра пытается ущипнуть меня. Потом берет за руку, смотрит очень серьезно. - Ты изменился, брат. Взрослым стал.

Комната ... моя комната ... Надо же, все как прежде. Даже покрывало на кровати то же. Книги на полке ...

- Здравствуй, Серега! - приветствует Капитан Немо.

- Здравствуй, Капитан!..

- Виват!.. - звон мушкетерских шпаг. - Виват!.. Один за всех!..

- Все за одного!.. - салютую я в ответ.

- Здравствуй, солдат!.. - улыбается Василий Теркин ...

Модель самолета на столе ... Здорово получилось! В каком же это классе? Кажется, в третьем ... А вот и приемничек ... Тоже самоделка, транзисторный ... Отец помог сделать ... Крутнул колесико - гляди-ка! Работает! Звуки марша ... не то. Хватит уже ... не то. Смешно, чем только не увлекался! Вот песня… Про девчонку ...

Перчатки … Шум и запах спортзала ... На ринг вызывается «Сергей! - голос тренера. - Почему открыт? Над защитой работай!.. Над защитой ...»

«Да, - я шмыгнул носом, - боксера из меня не получилось». Улыбнулся воспоминаниям - как же давно это было! Словно в другой жизни ...

Взгляд скользнул по фотографиям на стене.

А вот и мое фото ... Смешной!.. Наивный и доверчивый ... Глаза в глаза ... сердце защемило ... Что, брат, смотришь? Не узнаешь? Изменился?.. Я это, Серега ... Здравствуй!..

Скрипнула дверь, я обернулся. В комнату вошла мама. Смотрит на меня как-то странно.

- Сережа, ты можешь сейчас снять халат?

- Мам, зачем это?

- Ты был ранен?.. Ты не скрывай от меня, скажи ...

- Мам, ну что ты! Я здоров. Обошлось ...

- Разденься, сынок, я посмотрю сама.

Мама пошла вокруг ... Медленно ... Вглядываясь ... И, словно не веря глазам, касаясь меня кончиками пальцев, гладила - нет ли шрамов ... Потом прижалась ко мне, обхватила руками и опять тихо заплакала. Подошла Танюшка и тоже уткнулась мокрыми глазами в плечо.

- Мам, сестренка! Хватит уже! Дома я! Дома!

***

Узнав, что Паша Сарычев погиб, я долго не решался встретиться с его родными. Паша родился и жил в Междуреченске, это рядом, за несколько часов добраться можно. А я словно боялся этой встречи, все откладывал поездку. И все же однажды собрался духом.

В Междуреченске нашел Пашин дом. Поднялся на площадку перед квартирой. Замер. Сердце стучит так, словно бежал. Вспомнилась последняя наша с ним встреча. Встреча там ... в Афгане.

- Серега! Яшка! Что, уже уезжаете?

- Да, Паша. Торопимся. Забежали попрощаться.

- Рад за вас, мужики! В добрый час. Дома будете, от меня родным поклон ...

Паша развел руки в стороны:

- А я тут, видите что, - показывает вокруг себя, - склад принимаю. - Чиркнул ладонью возле горла: - Вот где мне такое повышение. В роте мое место, а я здесь. Обратно буду проситься.

Батальон последнее время претерпевал серьезные структурные и кадровые перестановки. Пашу, опытного, боевого прапорщика, занимавшего у нас должность заместителя командира взвода, несколько дней назад перевели хозяйствовать на склад.

- Паш! А чем здесь плохо-то? Тебе ведь тоже скоро домой. А по горам бегать ... отсидишься на складе.

- Отсидеться, говорите? - Паша посмотрел на нас удивленно. Качнул головой, улыбнулся грустно. - Скажете тоже! Вас, дембелей, половина роты уходит. На замену пацаны «зеленые» пришли. Они же, как дети, ничего не умеют. Нужен я им. А отсидеться, конечно, можно. Только не по совести это. Сами же знаете ...

Возвращая меня из прошлого, взвизгнув петлями, внизу хлопнула дверь. Я опять стою на лестничной площадке. Оглядываюсь, и странное чувство ... я здесь впервые, но ощущение, что все это уже было, повторяется.

Да ... повторяется!.. Однажды я уже возвращался из Афгана и так же сдерживал бег сердца перед встречей с мамой. Тогда я был счастлив. А сейчас ...

Сейчас я черный вестник ... Будь она проклята, эта война ... Не я должен ... Не меня ждут ...

Я коснулся кнопки звонка. Дверь открылась сразу, настежь. Холод подъезда столкнулся с теплом квартиры, заклубился в короткой борьбе и отступил. Передо мной Светлана Никоновна, Пашина мама. Во взгляде немой вопрос, ожидание, тревога и надежда. Она вглядывалась в меня, ни о чем не спрашивая. Наверное, материнское сердце подсказало ей, что за гость на пороге. А у меня ком в горле. Я и так заикаюсь в разговоре, а тут и вовсе онемел. Мы стояли и молчали. Долго. Целую жизнь! Потом Светлана Никоновна распахнула навстречу мне руки: «Здравствуй, сынок! Как тебя зовут?»

ДАМИР

- Дамирушка-а ... Дамир!.. Просыпайся, соня, - я осторожно, совсем не желая будить внука, тронул пальцами его... плечо. Погладил потихоньку: - Присыпайся ...

Спит, душа моя. Распахнулся, сбросил одеяло. В доме тепло, даже немного жарко. Это я виноват, перестарался. Как же! Внук в гостях!.. Вот я и растопил печку пораньше да пожарче. Не рассчитал малость.

Как же не хочется будить!.. Кровинушка ... Сладко спит.

Дыхание чистое, ровное. Правая ручка под щекой, лицо от этого немного приподнято и доверчиво открыто.

- Дамирушка-а ... - целую в румянец на щеке. - Просыпайся, зайка!..

Спит! На лице безмятежность. Покой. Оно словно светится изнутри!

Интересно, что снится? Наверное, что-то хорошее. Засопел носом, вздохнул чему-то огорченно. Веки дрогнули. Еще раз ... Движение передалось, скользнуло мимолетно по щекам, тронуло уголки губ, замерло, и ... родилась улыбка. Сонная. Добрая.

Я улыбнулся в ответ. Счастье!.. До чего же мы похожи.

Ощущение, что встретился со своим детством. Развитый мальчишка растет, смышленый. Храни его, Господи!.. Чуть больше двух лет, а уже говорит внятно, стишки знает.

- Просыпайся, соня ... Дед Мороз ждет! Снегурочка ... Подарки приготовили.

Я все так же поглаживаю плечо внука. Он почувствовал меня, услышал и отозвался - потягивается довольный, жмурится.

- Дедушка! Дедуля! - Глаза у Дамира светло-серые, ясные. Остатки сна как облачко ... тают. Смотрит вопросительно ...

- Дед Мороз мне машинку подарит?

Господи!.. Надежда и вера!.. Чистая Душа. Нет ни обмана, ни злости. Безмятежность и радость! Ее, радости, столько, что, плеснувшись, коснулась и меня.

- И машинку подарит, и конфеты ... Проснулся, солнышко?

Господи!.. Куда все уходит?.. Почему? Где сейчас моя Чистая Душа? Ведь она же была?! Была. Как случилось, что я вырос и все растерял, не уберегся?!

- Дедуля! - В глазах Дамира небо ...

- Дамирка ... Ты деду любишь?

- Любу! - Обнял меня за шею. Прижался теплом ...

С. Вдовин

(Калтанский вестник, 9 февраля 2012)

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Калтан – Осинники 21 века © 2017

Калтан – Осинники 21 века

Внимание Ваш браузер устарел!

Мы рады приветствовать Вас на нашем сайте! К сожалению браузер, которым вы пользуетесь устарел. Он не может корректно отобразить информацию на страницах нашего сайта и очень сильно ограничивает Вас в получении полного удовлетворения от работы в интернете. Мы настоятельно рекомендуем вам обновить Ваш браузер до последней версии, или установить отличный от него продукт.

Для того чтобы обновить Ваш браузер до последней версии, перейдите по данной ссылке Microsoft Internet Explorer.
Если по каким-либо причинам вы не можете обновить Ваш браузер, попробуйте в работе один из этих:

Какие преимущества от перехода на более новый браузер?