Агафья Лыкова из сибирской тайги
7 декабря 2012 - Геннадий Казанин

Агафья Лыкова из сибирской тайги

Весна на Еринате

Еринат река за Абаканским хребтом. По этому горному массиву проходит административная граница между Кузбассом и Хакасией. По его невысоким гольцам. Но географически он продолжение Горной Шории. Как бы итоговая, рубежная черта под нею с южной стороны. Дальше Саянские горы, Тува и Монголия.

Сама-то Хакасия находится в тёплой Минусинской котловине и это на Востоке. От Ерината до ближнего хакасского поселения где-нибудь в Таштыпском районе, это, наверное, гаснущий поселок лесорубов Матур, почти столько ж верст, сколько до Новокузнецка и Кемерово.

Так что, ежели по совести, наша это речка, вместе с её старшим братом Абаканом, и все места вокруг неё наши, давно изведанные охотниками и рыбаками. Особенно староверами, живущими в Таштагольском районе. Или по соседству в Турочакском районе Горного Алтая. Куда, напомню, теперь есть дорога из Таштагола. А из хакасских городов и посёлков такой дороги нет. Да что там, дороги. Нет даже троп. Потому что от них сюда далеким-далеко.

Геологи поблизости тоже наши трудились. Из Южсиб­геолкома, который имел базу в Новокузнецке. Они разведали и оконтурили Волковское месторождение железной руды. Когда-нибудь эта руда станет питать запсибовские домны.

Ну, ещё раз: разве ж не наши эти места?

Однако бросим маяться административно-географическими загадками, давайте по порядку.

Еринат в переводе значит «бешеный конь». Не возьму в толк: что в Еринате бешеного? Просто речка в половину Искитимки. Только прозрачная, потому что начало ее из белых заоблачных снегов. Ну, бежит, конечно, пошустрее, чем кемеровская знакомая, и шумит-гремит по каменному руслу.

Может, во время особенно буйного половодья река сатанеет? Ладно, допускаю. Вон сколько буреломного леса набросано по берегам, не надо заморачиваться заготовкой дров, бери на месте и распиливай на кряжи.

Там, где Еринат заканчивается, сливаясь с Абаканом, другой такой же чистой, только чуть полноводнее, речкой, живёт всем известная отшельница Агафья Карповна Лыкова.

Абакан от слова «аба», то есть старший в роде. Он притекает сюда узким скальным руслом. Каньоном. В некоторых местах берега того каньона чуть не смыкаются поверху. Говорят, перепрыгнуть можно, ежели сильно смелый.

Километром ниже по течению ещё приток. Кокяжам. Знаю, что «кок» значит «синий», остальное значение забыл, а все мои топонимические словари в пожаре сгорели. Негде уточнить.

Но возьмем самое важное. Реку Абакан, главную реку этих мест, образуют три небольших речки: сам Абакан, Кокяжам и Еринат.

На стрелку Кокяжама с Абаканом нередко падают обломки космических ракет, запускаемых с Байконура. Однажды мы там отрыли из галечника большой титановый огрызок. Думаю, часть топливного бака.

Агафья спокойно относится к творящемуся в небе. Это всё Божье в её разумении. Как Луна и звёзды. Как молнии и гром при нередких тут летних грозах.

... Младший Еринат вливается в старшинку через галечную косу. Коса продолжается широкой отмелью из крупных булыжников. На неё обычно садятся вертолеты, привозя далеких и всегда приветливо принимаемых гостей пусть и добровольное Агафьино отшельничество, но поговорить с новым человеком всегда, ой, как охота.

Губернатор Тулеев тоже бывал у Агафьи. Говорят, подарил ей ящик апельсинов. И часы. Момент дарения часов запечатлён на снимке.

Старая вера запрещает фотографироваться и сниматься на видео. Так что снимок сделан скрадом. Агафья, по-видимому, не заметила объектива.

Или сделала вид, что не заметила. Потому что у меня в архиве скопилось немало фотографий Агафьи. В том числе, сделанных её единоверцами. Надо думать, староверческие· строгости утишели к XXI веку и что-то из ранее категорически запретного становится более или менее разрешённым.

Однако о том, как ко мне попали снимки и кто их делал, умолчу. Тем более, что уже. помалкивал несколько лет. И вот, что называется, «прорвало». Да простится фотографам и мне этот грех.

Теплый период на Еринате краток. Высота на уровнем моря тут около тысячи метров, так что климат суров. Тут, к примеру, даже не растут относительно теплолюбивые сосна и осина. И тополей-осокорей нет.

С культурными растениями ещё больше сложностей. Из зерновых вызревает разве что ячмень у него период вегетации самый короткий. Плюс зимний чеснок и редька. Ну, картошка. У Агафьи, должно, особый, стихийно районировавшийся сорт. Только картошка у Агафьи мелкая. Наверное, сорт выродился, а обновить нечем.

Почва, конечно, по берегам никакая. Глины и то нет. Какая-то глиняно-гравийная смесь.­ На удобрение идет все, что можно только выдумать. Начиная от отходов собственной жизнедеятельности до перегнивших осенних листьев. Лет за семьдесят тутошнего житья Лыковым удалось создать гумусный слой для нескольких небольших овощных грядок и картошки, рядки которой поднимаются ступеньками вверх по крутому склону.

Такое; значит, тут террасное земледелие.

Зато в округе много кедров. И ягода повсеместно. Самые изобильные ягодные кустарники жимолость и смородина. Тут смородина трёх сортов: чёрная, красная, а ещё казырган. Это тоже смородина, только листья не пахучие, а ягоды сначала красные, но по мере зрелости чернеют.

Повыше к гольцам черника, королева ягод. И там же, в горах, растет лук-слизун - его тоже запасают на зиму.

Муки и круп у Агафьи большой запас. То все доброхотные дарения. В основном от власти. От нашей. Вернее, таштагольской от администрации города и района. Бизнесмены тоже помогают.

Хлеб она заводит на опаре. Иногда делает его с разными добавками, например, с той же картошкой. Получается вкусно, я пробовал.

По осени Агафья Карповна заготавливает и солит в бочках рыбу хариуса. Способ ловли дедовский: Еринат перегораживается стеной из жердей и рыба сама идет в ловушку. Способ в сущности браконьерский, но природоохранная власть из уважения к Агафье Карповне этот способ ловли разрешила, потому что она ловит не для спорта и забавы, а для насущного пропитания.

Всем аборигенным народам России есть насчёт пользования лесными, речными и морскими дарами послабления. Лыкова ж явный абориген тайги.

Мясного отшельница не ест, может, потому, что не умеет охотиться, хотя разного зверя, а также боровой птицы в этих местах полно. И покойные её братья и, само собой, отец, а также прочая родня, были серьезные охотники.

Молоко ей даёт коза. Корм козе, козлику-мужу и козлятам заготавливается с лета. Сенокосов тут, считай, нету, так, кое-где лужайки посреди тайги. Зимой то сено приходится на горбушке доставлять к дому по глубокому снегу.

Весной и летом тут хорошо. Всё стремится расцвести и дать плоды. Скалы одеваются лиловым цветом рододендрона, это здешний первоцвет. Потом бадан выбрасывает цветы сразу целыми букетами. Но каждый на одном стебле. Ирисы парами желтеют на камнях. Ветреница ковры расстилает там и сям.

Горный склон и «полочка», где стоят Агафьины и соседские постройки, обращен к югу, на солнце и быстро прогревается весной. Вот в чём секрет, что здесь всё торопится расти. Ещё под скалами столбами стоят замёрзшие водопадные струи, а под солнечными лучами буйствует зелень.

Кстати, о соседях. Рядом домик бывшего бурового мастера Ерофея Седова. Он работал когда-то в геологоразведочной партии, бурил землю на железную руду, нередко захаживал к Лыковым. А они к геологам ходили за ружейным припасом, нитками, инструментами, тканями. Тут не сильно далеко. Ерофей говорил, мол, часа четыре ходу молодыми ногами.

Только теперь базы нет, и дорога от абаканского берега к посёлку заросла молодым пихтачом.

В сибирских лесах расстояния меряются не километрами, а переходами. К примеру, до Турочака, где существует большая староверская община, дней десять. Или неделя, если торопиться.

Столько же от заимок в Таштагольском районе, где живут родственники Агафьи. Там, впрочем, часть пути можно сделать с лошадью, закрепив поклажу во вьюках. Получается не так уж и далеко, поэтому живали с Агафьей единоверки из Горной Шории и с Алтая. Четыре года прожила одна москвичка. Только упиталась таёжной жизнью по горлышко и снова ушла в мир. Слышал, книжку написала про лесное житье-бытьё. Интересно бы почитать.

Ерофей одно время держал пчёл. Два или три улья. Но продуктивного пчеловодческого хозяйства не получается сезон коротковат. Что добудут пчелки, то им же самим идет на зимний прокорм. Хотя маленько полакомиться всё ж выходит. И медовухи малость на праздник поиметь удается: староверам из спиртного можно лишь медовуху. Даже брага, заведённая на сахаре, грех. А водка такой грех, что не отмолишься. Поэтому непьющие, некурящие староверы здоровы, сильны и кряжисты, как лес, который их окружает.

Насельники Ерината живут в одном ритме с природой. Природа меняется в течение года, и они меняются: с приходом тёплых дней как бы молодеют, а к осени тускнеют. Потому что за осенью скорыми шагами приходит зима, куда от нее денешься, ведь сибирская зима основное время года, потому что длится без малого шесть, а  Еринате и все семь-восемь месяцев.

Тем, стало быть, желанней весна-красна.

Она, впрочем, всюду желанный гость.

Василий Попок

(Земляки, 16 апреля 2010)

Агафья Лыкова: осень на заимке

Камни на ладони

Репортаж с таёжной заимки отшельников

Поездка на таёжную заимку началась с того, что поступил сигнал: где-то в тайге произошло возгорание. Тянет дымкой. После такой информации в воздух был поднят вертолёт. Заодно команда с Владимиром Макутой, главой Таштагольского района, решила проверить: нет ли в горно-шорской тайге фактов несанкционированной рубки леса. На границе с Алтайским краем действительно появилась белёсая дымная пелена, затянувшая горизонт. На территории Кузбасса очагов огня обнаружено не было. «О возгорании мы сообщим нашим соседям», решила команда, и уже после этого вертолёт с припасами для отшельницы, запросив разрешения у Хакасского национального заповедника, полетел в гости к Агафье Карповне. Посадку сделали на каменистом берегу быстрой горной речки Еринат, что в переводе означает «дикий конь». На её берегу и стоят избушки двух отшельников Агафьи Карповны Лыковой и Ерофея Сазонтьевича Седова.

Отшельничество по-соседски

Первым встречать вертолёт вышел Ерофей Сазонтьевич. Он уже пятнадцать лет соседствует с Агафьей на таёжной заимке. В прошлом буровой мастер, долгие годы проработал в геологической экспедиции. С семейством Лыковых познакомился около тридцати лет назад. Захаживал к ним в гости, принял их веру ... Потом с ним случилась беда: из-за гангрены отняли ногу. И один из врачей посоветовал Ерофею Сазонтьевичу: если не желает потерять вторую пусть меняет климат. «Мне вода в Чугунаше, где я тогда жил, не подходила ... А здесь, в Еринате, она «живая», лучше всякого лекарства. Быстро меня на ногу поставила», говорит Ерофей Сазонтьевич, указывая на здоровую ногу. Сам он на деревянном протезе, в широкополой шляпе и с пушистой седой бородой, бодрый и оживлённый от приезда редких гостей, напоминает флибустьера, который вот-вот отдаст команду: «Поднять паруса!», «Вот мне больше семидесяти лет ... А разве я выгляжу на этот возраст? Нет ... А всё вода и свежий таежный воздух», комментирует состояние своего здоровья пожилой отшельник.

Вместе с командой навестить отца прилетел и его сын Николай, житель Таштагола. «Батя, вот здесь для тебя хлеб, крупа и макароны. Там квашеная капуста и грибы. Их надо ещё в рассоле подержать», говорит Николай Ерофеевич, разгружая вместе с остальными помощниками вертолёт.

Отцу на деревянной ноге по тайге ходить сложно. Так что и грибы для него, таёжника, сейчас деликатес. Привезли отшельнику даже банки пива. «Пивко это неплохо. Могу ещё и кагору выпить ... А водки нет, ни капли. Выпил, сколько было возможно, в своё время», - покачал головой седобородый Ерофей. И признался: он и мясо ест, и «продукты магазинские всякие», как выразился Ерофей Сазонтьевич, со штрих-кодом, в отличие от своей соседки и единомышленницы по вере Агафьи Лыковой. На этой почве у них и произошли разногласия. Агафья свою веру «блюдёт строго», а он в вопросах питания «позволяет себе послабление». Вот и шоколадные плитки, от которых отказалась из-за штрих-кода на обёртке Агафья Карповна, он принял с удовольствием: «А мне этот штрих-код без внимания!».

Владимира Макуту Ерофей тут же попросил уговорить Агафью отказаться содержать такое количество коз. «Жалко ведь её надорвется ... Каждый день по охапке им носит. Держит скотину только в стайке, взаперти. Пастись на свежий воздух, на траву не выпускает. Боится, что разбегутся, и медведь их задерёт», жалуется он на соседку. Пообещали уговорить упрямую женщину, которая боится расстаться с хозяйством. По крайней мере, одного козлёнка Агафья согласилась отдать племяннику в подарок, так что на обратном пути в Таштагол «пассажиров» прибыло.

Еринат остановит ...

Отшельница Агафья приезду гостей и подарку от губернатора рада несказанно: столько проблем и забот отпало! «Заботятся о нас одни только кузбассовцы», говорят. По словам Агафьи и Ерофея, они даже решили попросить власти Хакасии выделить клочок территории, на которой они проживают, и передать Кузбассу. «Всё равно мы уже ваши. Заботу только от вас и видим». Смущённо улыбающаяся Агафья в платочке и лёгком пальто без пуговиц жалуется: «Что-то и спина стала побаливать, и ноги ...». Но ехать в больницу, а тем более на постоянное жительство к своим родственникам-кержакам в Килинск, категорически отказывается: «У меня там от плохой воды живот болит». Этот образ жизни ей явно нравится: сама себе хозяйка, да ещё на таком приволье (красоты в этих местах, конечно же, неописуемые). Но и от помощницы она бы не отказалась. Надо бы и картошку выкопать, и дров натаскать ... Но есть у Агафьи и свои условия: помощница должна быть той же веры, что и она. И при этом безропотно выполнять ту работу, которую ей поручит Агафья. Сама она, конечно же, немыслимая труженица. С утра до вечера в трудах и заботах, да ещё в молитвах. «Так что скучать ей некогда!», подтверждает Ерофей Сазонтьевич. «С козами да с огородом я и хлеб не успеваю выпечь», говорит хозяйка нескольких небольших бревенчатых строений, стоящих на берегу быст­рого, с холодными водами Ерината.

Через реку, чуть ниже по течению, Агафья построила настоящее гидросооружение из бревен и кольев прочную запруду, у которой ловит в сеть хариуса. Запасает эту вкусную рыбу на зиму. Сама возвела избушку (потом ей геологи рядом поставили новую). Сама выстроила крепкий лабаз, в котором хранит продукты, привезённые из Кузбасса. На это поясняет: «А я по сходням двигалась, да верёвкой себя к дереву привязывала. Так брёвна и поднимала ...». Сделала большой шалаш, напоминающий индейский вигвам, где солит и хранит рыбу. Да и много ли ей рыбы надо? Это сооружение с острым рыбным запашком охраняет звонкоголосый пес. Сама нарубила и заготовила дрова, поленницы которых стоят вдоль тропы к рыбному «складу». Ни минуты не сидит эта худенькая и проворная женщина без дела.

Медвежьи визиты

А тут ещё проблема добавилась. К избушкам отшельников стал из тайги выходить медведь ... «Я его на том берегу Ерината увидела и стала потихоньку пятиться. Бежать нельзя, в три прыжка догонит и задавит» «Ну да! у нас здесь медведей больше, чем людей», пытается пошутить Ерофей. И он недавно медведя от своего жилья отваживал, громко стуча палкой по бревну, бренча металлической посудой и крича: «А ну, пошёл отсюда!». Ушёл хозяин тайги. Но надолго ли? «Мне бы ружье хорошее надо ... Есть старое, но из него можно и подранить. А раненый медведь тогда и вовсе покоя не даст. Будет приходить сюда, пока не отомстит», говорит пожилой отшельник, которого лет пять назад допекла ещё и река. Во время половодья снесла выстроенную им на берегу избушку. «В гору на моей «костяной» ноге трудно уже стало подниматься. Зимой скользил по наледи ... Вот и перебрался вниз», говорит он. Но когда река окончательно допекла, пришлось поднять «фазенду» Ерофея на взгорье. Помогать строить новую избу приезжали сын Николай с внуком Никитой. По словам Николая Ерофеевича, к тому, что отец забрался в такую глухомань на старости лет, они уже привыкли и беспокойства в душе особого за него нет: «Ему здесь хорошо. Чувствует себя он в этих местах отлично. Да и мы к нему сюда на заимку на отдых приезжаем. Редко, правда. Жаль, что порыбачить и поохотиться нельзя - заповедник».

Рубаха в подарок

Навестили «гости дорогие», как назвали команду помощников отшельники, и Агафьину «келью», в которой она даже печь соорудила собственными руками. Лавки, где лежит одежда, разные туески из бересты, которые в качестве удобной посуды плетет хозяйка избушки. На почетном месте старинные книги-писания и молитвенники. Даже до­мотканым половиком похвастала: «А этот я сама ткала!». Вручила и подарок фланелевую просторную рубашку-косоворотку с плетённым к ней пояском. Шила на руках, мелким и аккуратным, как на машинке «Зингер», стежком. На этот раз подарок предназначался главе Таштагольского района Владимиру Макуте. До этого Агафья, или, как называли её гости, Агаша, такие же «староверческие» рубахи преподнесла президенту и губернатору. Показала и свой огород. На грядах под жарким хакасским солнцем растет морковь, свекла, картофель, который ещё предстояло выкапывать. Большая грядка свёклы, которую сама из-за пониженного давления не ест, а отдает родственникам. Растет и рожь. А из конопляных зёрен растения, которому иные современники уготовили совсем другое предназначение, она по старинке варит кашу ...

На прощание по традиции, сложившейся здесь в последние годы, нашли красивые камни, которыми богаты берега Ерината, и дали их Агафье, чтобы та хотя бы несколько секунд подержала камешки в своих ладонях. Это, считается, и к удачной дороге, и к новой встрече в этих таёжных красотах. Только бы здоровье эту самоотверженную женщину не подвело!..

Т. Шипилова

(Время и жизнь, 18 октября 2011)

«Хочу к Агафье!»

Около тысячки посещений в сутки такую популярность за последние несколько дней обрёл интернет-альбом Татьяны Шипиловой, собственного корреспондента областной газеты «Кузбасс» по югу Кемеровской области, которая рассказывает о поездке к известной отшельнице Агафье Лыковой в хакасскую тайгу. Как уже сообщалось, в сентябре прошлого года в рамках рабочей поездки вертолётчики и представители таштагольской администрации осматривали таёжные территории: нет ли где пожара, не ведутся ли самовольные вырубки. Посетили свою давнюю знакомую Агафью Карповну и привезли таёжной затворнице продуктовые припасы на зиму в подарок от кузбассовцев.

По этому поводу газета «Кузбасс» напечатала репортаж с таёжной заимки «Визит к отшельнице», публикация в осинниковской городской газете в октябре прошлого года называлась «Камни на ладони», а на сайте «Одноклассники» он звучит немного иначе «Визит к Агафье Лыковой, известной отшельнице». В сети он был выложен сразу же после поездки (часть снимков сделана Вадимом Швайгертом, сотрудником таштагольской администрации, другая часть автором публикации). Так и получился фоторепортаж. Сначала альбом просматривался только одноклассниками, родственниками и друзьями. Но в конце января на сайт стали заходить пользователи сети - как российских городов, так и жители бывших союзных республик, а также наши соотечественники из Германии, США, Франции, Канады, Бельгии, Израиля ...

Многие удивляются, что Агафья так бодро выглядит и не сдает своих позиций (были даже такие, кто усомнился в том, что фото не двадцатилетней давности так молодо и задорно она запечатлена на снимках). Восхищаются её трудолюбием и упорством в вопросах отстаивания своих религиозных воззрений, её умением выживать в суровых таежных условиях. Многие выражают признательность жителям Кузбасса за то, что те находят возможность помочь ей и её соседу Ерофею Сазонтьевичу Седову, не оставляют одиноких пожилых людей без помощи и поддержки. Иные задавали вопрос: «А где же вы, наши красноярские мужики? Почему не берёте инициативу в свои руки?». Многие сочувствуют Агафье, хотя и понимают, что подобный уклад жизни она выбрала сама. Ведь ей неоднократно предлагали перебраться на «большую землю», к своим родственникам-староверам, живущим в Килинске, под Таштаголом. Но она категорически отказывается, считая, что истинную веру можно сохранить только здесь, в таёжной глуши, «да и тятенька на то благословения не давал».

Завязалась даже целая дискуссия на тему: «А стоит ли вторгаться в замкнутый мир отшельницы?». Кто-то называет её «исторической достопримечательностью» нашей страны. Кто-то негодует: «Тоже нашли, куда вкладывать народные денежки ...». Немало можно прочесть слов гордости за сибиряков: «Да, наш сибирский народ, он такой, добрый, душевный, стойкий и отзывчивый на чужую беду и просьбу о помощи. ...». Можно прочесть слова восхищения хакасской и горношорской природой. Некоторые замечают: «А мы-то в чужие страны на отдых ездим, когда в своей стране такая красота! Так давайте вкладывать деньги не в заграничные, швейцарские, а в собственные красоты ...» и высказывают желание непременно посетить «эти удивительные, сказочные места». Другие, жители таежных городов и сёл, тут же зовут в гости: «Примем, как лучших друзей!». Третьи признаются: «Вы открыли нам глаза на наши красоты! Живём в сибирском селе, но не подозреваем, что под боком у нас такое живописное таёжное великолепие, которым можно гордиться и которое нужно беречь». Преподаватели вузов просят разрешение использовать снимки из альбома в качестве наглядного пособия на занятиях по социальной психологии. Иные хотели бы уподобиться Агафье и уединиться где-нибудь в таёжной глуши, скрывшись от надоевшего городского смога и суеты: «Хочу к Агафье!». «Ничего, скоро тарифы на коммунальные услуги нас всех туда загонят. Только вот лучшие места уже будут заняты», горько шутят другие.

Есть признания как от наших земляков, ныне живущих в других российских городах и бывших союзных республиках, так и от многих наших соотечественников, когда-то по воле судьбы уехавших в дальние города и страны.

Признания в том, что они до сих пор испытывают чувство тоски по своим родным сибирским местам. И интернет-альбомы журналистки Татьяны Шипиловой (к слову, не один, есть фоторепортажи об Алтае, Горной Шории, таёжной местности в районе Терси), в том числе и об Агафье Лыковой, стали для них глотком свежего воздуха, дали возможность зримо побывать в своих родных местах, «ощутить их неповторимую прелесть и красоту». «Родной край! Он незабываем. Он постоянно присутствует в душе и мыслях ...», пишут в одном из отзывов. Есть и такое признание: «Благодарю случай, что привел меня на вашу страницу. Моя душа оттаяла, ожила и вновь запросилась в лес, в тайгу!».

Словом, визит к отшельнице не оставил равнодушным многих людей. Татьяна Яровикова, жительница города Сосновоборска Красноярского края, тоже зашедшая на страницу сайта, написала: «В этой маленькой женщине огромная сила духа. Но помогать ей обязательно надо. И не нужно её оттуда вывозить против её воли. Тайга это её стихия. И при должном внимании она ещё долго будет радовать и восхищать наши души, замороченные цивилизацией».

Т. Шестакова

На снимке: Агафья Лыкова, 2011 год

(Время и жизнь, 14 февраля 2012)

Комментарий автора сайта. Мои предки по материнской линии тоже скрывались от властей, придерживаясь истинной веры православной. Некоторые из них, размножив род, остановились в селе Алтайском (ныне посёлок Алтайский, моя родина), некоторые продолжили путь по кузнецкой тайге. Некоторые из них, как мой дед, Казаков Иван Перфильевич, как говорили, не кержачил, избежал коллективизации, убежал от назначения на высокий пост в Алтайском райисполкоме и потом погиб на фронте. Некоторые придерживались старой веры до конца своих дней. Однако, Агафья Карповна, единственная в своём роде осталась верна традиции и вере, осталась в одиночестве заканчивать свои дни, не изменив своей вере православной (древлей вере). Чем и вызывает особый интерес и внимание не только простых людей, но и властей придержащих.

Как-то собираюсь рассказать о своих родственниках, которые были кержаками и по мере сил своих пытались сохранить свои традиции и веру в детях своих. Г. Казанин

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Калтан – Осинники 21 века © 2017

Калтан – Осинники 21 века

Внимание Ваш браузер устарел!

Мы рады приветствовать Вас на нашем сайте! К сожалению браузер, которым вы пользуетесь устарел. Он не может корректно отобразить информацию на страницах нашего сайта и очень сильно ограничивает Вас в получении полного удовлетворения от работы в интернете. Мы настоятельно рекомендуем вам обновить Ваш браузер до последней версии, или установить отличный от него продукт.

Для того чтобы обновить Ваш браузер до последней версии, перейдите по данной ссылке Microsoft Internet Explorer.
Если по каким-либо причинам вы не можете обновить Ваш браузер, попробуйте в работе один из этих:

Какие преимущества от перехода на более новый браузер?