Кузбасс после постройки Транссиба
24 января 2013 - Геннадий Казанин

Кузбасс после постройки Транссиба

Построенная железная дорога способствовала переселению крестьян в Сибирь. Переселенцы ехали на восток в товарных вагонах и претерпевали немало мучений, прежде чем им удавалось обосноваться на новых землях. Гористо-таёжный Кузнецкий округ заселялся медленнее, чем степные пространства, более пригодные для ведения крестьянского хозяйства. С 1858 и до 1897 года прирост населения в Кузнецком округе составил 80 процентов, тогда как в Мариинском округе за 40 лет он составил 169 процентов, а в Барнаульском округе 284 процента. С начала 90-х годов переселение крестьян на Алтай власти начали ограничивать. Участки для переселенцев выделялись в тех волостях, где на каждую наличную мужскую душу приходилось свыше 15 десятин удобной земли. Они находились в неосвоенных таёжных районах, либо отрезались за счёт излишков земли у старожилов.

В 1899 году вышел Указ Николая Второго об отграничении земельных наделов крестьян Алтайского округа. Напор переселенческого движения вынудил царя уступить казне свои вотчинные права на земли, которые отводились старожилам и причисленным уже к ним переселенцам. До 1906 года крестьянам перешло всего 21,5 млн. десятин из 41 млн. десятин Алтайского округа. С 1884 по 1906 годы здесь было устроено 403770 переселенцев-мужчин, которые получили до 6 млн. десятин земли. Лишь треть из них были устроены на отдельных участках, остальные на землях старожилов.

С 1898 года в Сибири был введён институт крестьянских начальников, который соответствовал земским начальникам в европейской России. С 1903 года крестьянские начальники стали распоряжаться выдачей ссуд переселенцам.

Но не стоит думать, что переселение шло только из-за Урала в Сибирь. Старожильческое население также переселялось внутри Сибири.

Наплыв новых людей, ставших сибиряками, заставлял старожилов искать новые места обитания, где бы их никто не беспокоил. Особенно это касалось старообрядцев и сектантов, которые, выработав свой уклад, привыкли к вольной жизни на земельных просторах. А много ли было таких людей? Архивные данные свидетельствуют, что в начале 20-го века из 145644 жителей Кузнецкого уезда (но не самого города) 2270 были сектантами и старообрядцами, а в Мариинском уезде (без Мариинска) из 160795 жителей таковых было 2041. Алтайские старообрядцы, теснимые пришлыми людьми, начали переселяться на юг Кузнецкого уезда, в чьих горных долинах можно было охотиться, ловить рыбу, разводить пчёл, а, может быть, и тайно промышлять золотишком. То же самое ждало их и в Мариинской тайге, куда они также переселялись.

Процесс переселения затронул и коренных жителей Кузнецкого уезда шорцев. Часть из них переселялась в Минусинскую степь, где они стали заниматься скотоводством и земледелием.

Проведение железной дороги нанесло удар по извозному промыслу. Лошадей стали разводить меньше, чем крупный рогатый скот. В то же время дорога всколыхнула застойную патриархальную крестьянскую жизнь. В деревни хлынули скупщики сельскохозяйственных продуктов, сырья, агенты торговых фирм. С 1895 по 1900 годы перевозка хлеба по Сибирской магистрали поднялась с 603 тысяч до 18 млн. 145 тыс. пудов. Села, стоявшие вблизи магистрали, начали быстро расти. Село Ижморское насчитывало 650 жителей, Берикуль 950, Тяжин 1200, Суслово 1900, а в Итате проживало более 2,5 тысячи жителей. Появились одноимённые станции, на которых грузились овёс, пшеничная и ржаная мука десятками тысяч пудов.

В селах, которые находились далеко от дороги, проводились ярмарки. На них закупались те продукты и дары тайги, которые могли выдержать дальнюю гужевую перевозку до станции, в том числе мёд, орех, пушнина. Расширялась торговля. Произошедшие изменения хорошо видны на примере Мариинского уезда. В его шести волостях к концу века было 193 торговых заведения, в том числе мануфактурных и мелочных лавок 54 и 84, 46 питейных заведений и три винных склада. Не выдержав конкуренции с более дешёвыми фабричными товарами, завозимыми по магистрали, разорялись мелкие производители саней, телег, сбруи, дёгтя. Меньше стали заготавливать сена, исчезло содержание постоялых дворов для обозников.

Между производителями натуральных продуктов и их потребителями возникла вереница торговцев. Товарность сельского хозяйства росла, и это вызвало расслоение крестьянства. Зажиточные крестьяне нанимали батраков, заводили в своём хозяйстве машины, поставки их сельхозпродукции на рынок всё росли.

После того как железную дорогу построили, кабинетское горное начальство приступило к разработке проектов добычи угля для нужд транспорта. Устранялись мелкие промышленники, добывавшие уголь по Томи. Была организована разведка известных угольных месторождений вблизи магистрали. Обнаруженные залежи угля по Выдрихе и Балахонке оказались большими, но для их вызова нужно было строить железнодорожную ветку. На это горные чиновники не пошли.

Предпринимателей привлекали угольные месторождения вблизи Сибирской магистрали. В 1897 году петербургский адвокат Михельсон стал владельцем Судженских копей. Обеспечив рынок сбыта, он начал наращивать угледобычу. В 1900 году на его копях действовали девять паровых котлов, две паровые лебёдки на восемь и девять лошадиных сил, подъемная машина в двадцать пять сил и пять насосов Вортингтона. От копей к станции Судженка была проложена ветка. Поблизости от Судженских копей возникли казённые Анжерские копи как вспомогательное предприятие Сибирской дороги.

Золотопромышленность Мариинского и Кузнецкого округов в начале века уже начала переходить из мануфактурной стадии на стадию машинной индустрии. За 11 лет, с 1893 по 1894 годы, число водяных двигателей на приисках Западной Сибири сократилось с 56 до 8, а число паровых двигателей и локомобилей выросло с 1 до 14.

В иностранных журналах и сборниках стали появляться статьи о богатстве недр Кузнецкого и Мариинского округов, написанные побывавшими здесь учёными, разведчиками западных капиталов. И вот крупнейшие золотопромышленные компании южного Кузбасса перешли к барону Г. Гинцбургу, связанному с английским капиталом. Золотые прииски, пожалованные царём своим придворным, не желавшим тратиться на их механизацию, возвращались обратно Кабинету либо уступались купцам-золотопромышленникам.

В 1893 году Императорский кабинет дал разрешение французскому «Сибирскому металлургическому и горному обществу» на проведение разведки железорудных месторождений в Кузнецком округе. Золотыми месторождениями Мариинского округа заинтересовал ась компания бельгийских капиталистов. В 1898 и 1899 годах на Гурьевском заводе, копях Михельсона, на Анжерской копи и в Салаире побывали представители французских горнопромышленников. Савва Мамонтов, промышленник и известный меценат, покровитель искусств, создал свое Общество, с помощью которого он надеялся наладить в Сибири производство рельсов и добычу угля для железной дороги. В 1897 году Общество заключило с Кабинетом два договора. Но через два года начался мировой экономический кризис, и Мамонтов обанкротился.

В 1901 году возникло АО «Драга» для добычи золота, платины и прочих металлов. В него наряду с русскими золотопромышленниками вошли и иностранцы. В Мариинской тайге появилось английское золотопромышленное АО. На реке Кие крупная немецкая фирма Borau купила группу приисков, содержащих богатое рассыпное и рудное золото.

Условия для проникновения иностранного капитала в Сибирь были созданы. Ещё в 1899 году томский журнал «Вестник золотопромышленности и горного дела» писал в передовице: «Ничего нет особенно исключительного в том, что неучёную Россию нужно учить ... А раз это так, необходимо обратиться к иностранцам с челобитной: приходите княжити и володети нами».

С ростом угольной промышленности в Кузбассе на её предприятиях концентрировалось всё больше рабочих разной национальности из числа переселенцев. Вокруг копей множилось число бараков и землянок. Приискатели же, хотя и представляли собой значительный отряд рабочих Кузбасса, были разбросаны по многим мелким, затерянным в тайге приискам. В среднем на одном прииске было занято 17 рабочих. Доля кадровых среди них была достаточно высока. Они уже не перебивались сезонными заработками, а, бросив деревню, вместе с семьями перебирались в приисковые посёлки.

В начале века начало расти количество рабочих на железнодорожном транспорте. На крупных станциях их было занято около тысячи. Хотя условия труда были тяжёлыми, именно среди железнодорожников было много квалифицированных рабочих.

Предприятия Императорского кабинета из-за технической отсталости, небольших размеров и удалённости от Сибирской магистрали не выдерживали конкуренции с современными предприятиями Урала и европейской России. На месте нынешних кузбасских городов в начале века стояли мало кому известные сёла и деревни. Деревня Кемерово состояла из 41 двора, в ней проживало 212 человек. Село Прокопьевское насчитывало 114 дворов и 628 жителей. Улус Осиновский был меньше Прокопьевского, но больше Кемерово: 85 дворов и 390 жителей. По тем временам не так уж и мало!

С. Кузяева, младший научный сотрудник городского краеведческого музея

(Время и жизнь, 11, 18 января 2013)

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Калтан – Осинники 21 века © 2017

Калтан – Осинники 21 века

Внимание Ваш браузер устарел!

Мы рады приветствовать Вас на нашем сайте! К сожалению браузер, которым вы пользуетесь устарел. Он не может корректно отобразить информацию на страницах нашего сайта и очень сильно ограничивает Вас в получении полного удовлетворения от работы в интернете. Мы настоятельно рекомендуем вам обновить Ваш браузер до последней версии, или установить отличный от него продукт.

Для того чтобы обновить Ваш браузер до последней версии, перейдите по данной ссылке Microsoft Internet Explorer.
Если по каким-либо причинам вы не можете обновить Ваш браузер, попробуйте в работе один из этих:

Какие преимущества от перехода на более новый браузер?