Осинники блюз. Николай Курбатов. Сборник стихов
6 декабря 2012 - Геннадий Казанин
Осинники блюз. Николай Курбатов. Сборник стихов

Осинники блюз 

Николай Курбатов 

Сборник. Осинники. 2006 

(Стихи разных лет)

 

У всех пишущих стихи или прозу всегда много друзей. И когда у автора набирается собственных произведений на книжку, а главное, он считает, что все его муки творчества достойны книгоиздания, он к ним и обращается с просьбой написать предисловие, ознакомить, так сказать, широкую предполагаемую публику с автором. А так как друг желает другу только добра, то и ахам и преувеличениям нет конца. Короче, Пушкин может отдыхать ...

Я таких панегириков на «беллетристику в три листика» начитался немало. Было неудобно, хотя, подчеркиваю, аннотируемые поэты, по большому счету, были неплохими. И ямб знали, и хорей, и даже гекзаметр ...

Именно, исходя из этих соображений, я и решил обратиться к вам лично. Биография моя самая простая. Родился здесь, на родной земле, в 1948 году. Здесь же рос, учился, работал. С 1990 года служу редактором нашей городской газеты «Время и жизнь». Пусть вам это не покажется общим расхожим местом, но мне действительно очень повезло на людей. Здесь, в редакции, они многому меня научили, а главное - открыли глаза в сказочный, волшебный, ни с чем не сравнимый мир поэзии. Михаил Субботин, Анатолий Шишкин, Раиса Шипилова, Валерий Коновалов, Александр Соколов, Александр Креков - эти имена навсегда сохранятся в моем сердце, в моей памяти. Так же, как и имя моего учителя литературы Германа Степановича Скрипова. Обыкновенного гениального человека.

И были Пушкин и Лермонтов, Тютчев и Фет, поэты серебряного века, а позже Вознесенский, Евтушенко, Межиров, Ахмадуллина, Пастернак, Заболоцкий, Окуджава, Бродский ... Да разве всех перечислишь! Но они были есть в моей жизни.

На моей памяти еще те времена, когда не разбитные новички, пошлые и безголосые, а Поэты собирали стадионы. И был Политехнический, и были вечера поэзии у памятника Маяковскому. Стихи любили, они были духовной потребностью миллионов. Может, и поколение отсюда выросло неплохое ...

А потом наступило безвременье. Горе-реформаторы, развалив великую Державу, принялись за наши вековые духовные ценности, пытаясь возвести в ранг добродетели безнравственность, пошлость и бесстыдство. И в чем-то преуспели. И, тем не менее, ценители и любители русского слова, русской поэзии у нас не перевелись. Слишком глубокие корни, чтобы засохло дерево. И как бы вокруг него не суетились люди без роду и племени, ничего у них не получится. Ныне на дворе совсем иные времена. Медленно, но верно наша страна встает на ноги. Она возрождается! А пока существует Россия, потребность в духовной пище будет всегда востребована. И если вы, прочитав этот сборник, плод моих скромных трудов, отыщите в нем что-то нужное и важное, а после этого откроете волшебные страницы книг Блока, Есенина, Клюева, Хлебникова, Маяковского, я буду рад.

С уважением и наилучшими пожеланиями, Н. Курбатов. 12.06.2006 г.

 

СОДЕРЖАНИЕ

I. ИМПЕРСКИЙ МЕСЯЦ АВГУСТ (1993-1999 гг.)

 

1. Прошу

2. Август

3. Смена власти

4. СССР

5. Россия

6. Белый Дом

7. Катастройка

8. Мы

9. Я от жизни не устал

10. Не надо Россию любить за березки

11. Ельциноидам

12. Стервятники

13. Избушка набекрень

14. Афганское братство

15. Простите, подонки

16. Киндер-сюрприз

17. Господам

18. Я в этой жизни что-то еще значу

19. Рыбалка - это состояние

20. Кризисные дни

21. Так хочу

 

II. НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА (1998-20041гг.)

 

1.Уронили совесть

2. Не сотвори себе кумира

3. Прозрели?

4. Купола, минареты

5. Подсвечникам

6. Я себя недавно осознал

7. Как простенько бывает жить

8. Загуляли

9. В России пьющих уважают

10. Хамство, в нем вина

11. Мир справедлив

12. Лес

13. От заката до рассвета

14. Хулителям моим

15. Правильным

16. Ах, злые языки

17. Плохая

18. Эпитафия

19. Мы за собою

20. Ностальгия

21. Слюдяное озеро

22. Давно уже не видел внучку

23. Для чего поэты?

 

III. ЗОЛОТЫЕ ЯБЛОКИ ЛЮБВИ (1986-2004 гг.)

 

1. Гимн любви

2. Кто там, в небе?

3. Внукам

4. Алые паруса

5. Синим покрывалом

6. Что было, не было у нас

7. Осенние желания

8. Одиночества

9. Я один

10. Иду не спеша

11. Измена

12. Зимнее утро

13. Былое

14. Костер исповедальный

15. Цветы

16. Не уснуть мне

17. Не обижайте тишину

18. Новогоднее настроение

19. Признание

20. Июль

21. Осень

22. Быть может

23. Не очень жди

24. Я вас люблю

25. Не уберег

26. Сентиментальное

27. Этюд

28. У реки

29. Все изменилось

30. Новогоднее пожелание

31. Поздняя весна

32. Моим подружкам

33. Пощади

34. Маме

35. Декабрь

36. Над Парижем

37. Безлюдно стало

38. Моя богиня

39. На опушке

40. Лето красное

41. Старость

42. Та зима

43. Молчание

44. Родник

45. Мотоцикл

46. Старикам

47. За канавой

48. Не говори

49. День в лукошке

50. Одиночество

51. Опрокинусь ночью в небо

52. А поутру

53. Ливень

54. Вот озеро мое

55. Ура, зима!

56. Любовь с первого взгляда

57. Школьное

58. Не гляжу на тебя

59. Зимний вечер

60. Апрель сдурел

61. Нашим женщинам

62. Молчи

63. Хокку

64. Маня

65. Тополь

66. А помнишь?

67. Не вышла

68. С кем ты?

69. Я вернусь

70. Встреча

IV. СВЕТОТЕНИ (1998-2004 гг.)

1. Светотени

2. Осинникам

3. ХХ век

4. Счастливое детство

5. Я уже забыл свою улыбку

6. Бессилие

7. Не ругайте ментов

8. В гулкую ночь

9. Где вы?

9. Царевна-лягушка

11. Якорь

12. Поэтам

13. Белая акация

14. Ода колбе

15. После

16. Тишина

17. Первая инаугурация

18. Я пошел

19. Покаяние

20. Военное детство

21. Кликушам

22. Берегите шахтеров

23. Песня о «Проталинке»

24. Почему у погоды

25. На картошке

26. Беда вам с этими поэтами

27. Вася

28. Когда-нибудь ...

29. Сердце

30. За Кондомой

31. Цветы жизни

32. Письмо сыну

33. Кони-годы

34. Мат

35. Моим читателям

36. Война

37. Песня рыболова

38. Еще вчера

39. Отменили военный парад

40. Люди-лошади

41. Штрафники

42. Чкалова

43. Высоцкий

44. День рождения

45. Перу

46. Отец

47. Мне досталось, довелось

48. Базар

49. Член

50. О, рыбалка!

51. На погосте

52. Никого не предал

53. Звериный век

54. Паскудникам

55. Тайберда

56. Графоманам

57. Не нашлось у друга слов

58. Пурга

59. Дед

60. И вновь апрель

61. Идеи

62. Что движет поэтом

63. Предзимье

 

V. ПОД ПСЕВДОНИМОМ ВАСЯ КРЮЧКИН (1990-2005 гг.)

 

1. К народам

2. Удел

3. Рубаи

4. Дубайс бессмертный

5. Рыбкин-шоу

6. За стеклом

7. У нас, чтоб ни случилось

8. Рассказ кочегара

9. Я все пароды чту

9. Вороны рыжие

10. К аресту Мавроди

11. Вперед, друзья!

12. Плач по НТВ

13. В «Россуголь» и «Кузбассэнерго»

14. «День согласия и примирения»

15. Откель быть раю?

16. У нас понятие простое

17. Реет гордо флаг на фасаде

18. Все растащил он, и все шито-крыто

19. Вороватые менты

20. Жизнью нам доказано научно

21. Прогресс - это движение

22. Держись, Билл!

23. Не Ван Дамм

24. Новая статья экспорта

25. Мальчиш-плохиш

26. Как не быть кризису?

27. Монолог токсикомана

28. Они

29. Монолог расхитителя цветмета

30. Одного пока никак я не пойму

31. Послесловие

 

 

Землякам

 

 

ОСИННИКИ-БЛЮЗ

 

Есть иные оценки порывам, поступкам, делам,

Чем сегодня гордимся, того завтра стыдиться мы будем

И иначе совсем относиться мы станем к словам,

Как не раз обманувшим обманом знобящим нас людям.

И на память свою наступая бездумно, легко

Тянем пальцы к тому, что загадочно и непонятно,

Но звучит в суете городов далеко-далеко

Чистый звук колыбели, заблудших зовущий обратно.

Я под грохот и гам на вершины взбирался и пел

Рокотал барабан, медь на солнце слепяще сверкала

Ну, а он не спешил, по дворам лишь листвой шелестел

И страницы тех нот, жизнь упавших жалея, листала.

И когда я в запале почти что отбился от рук

Падать стал, но считал, что взбираюсь все выше и выше,

Вдруг услышал идущий до сердца томительный звук,

Что в мелодию вплелся, но будни не выдержав, вышел.

И мой город родной стал дороже еще с каждым днем,

И сошла шелуха вместе с кожей, и спала обуза.

Эта нота звучала о ней! Ну а значит, о нем,

Городского, в укромках сознанья живущего, блюза.

В нем узнал я себя, и отца в нем увидел, и мать,

И друзей, с кем я рос, с кем потом разлучила могила,

Разучились ли мы понимать, а потом принимать?

Или сердце для зова неужто оглохло, остыло?

Я сегодня дышу! И об этом сказать не боюсь

Отвергая успешных, прижимистых, гладких и властных

И звучит надо мной, как молитва, Осинники блюз

Не жалейте, коль плачу, ведь слез не бывает напрасных.

 

I. ИМПЕРСКИЙ МЕСЯЦ АВГУСТ

 

 

(1993-1999)

 

 

ПРОШУ

 

Я теперь точно знаю, в какой стране живу,

В ней есть все: народ и правительство,

Солнце и луна, реки и леса,

Просторы от горизонта до горизонта.

Весь мир завидует нам, народу, у которого есть все!

Но тогда почему у нас нет ничего?

Почему веками мы только мечтаем о лучшей доле?

Почему не живем, как живет весь мир,

В ладу с собственной совестью, в согласии с Божьим промыслом?

Кто виноват в том, что, ходя по золоту,

Мы полжизни не вылезаем из фуфаек?

Кто виноват в том, что наши дети не уважают отцов, а отцы детей?

И кто объяснит всем нам, почему Россия

Ходит с протянутой рукой столько веков, сколько существует?

Вы скажете, виновато правительство, я отвечу:

Оно такое же, как мы сами.

Разве оно упало с Луны или Марса?

Разве не наши матери пели протяжные песни

Над колыбелями наших кесарей?

Наше правительство состоит из всех нас вместе

И из каждого в отдельности!

А кто мы? Те, кто убивали друг друга

В горниле гражданской войны?

Брат на брата, сын на отца, отец на сына.

Те, кто ничтоже сумняшися, предали вековую веру,

Устраивая в церквях конюшни, взрывая храмы?

Сегодня возводим новый, но где гарантия, что завтра опять не взорвем?

Оно, правительство, - наше зеркальное отражение.

Мы не любим самих себя!

Японец и в Америке японец, француз - француз,

Немец - немец.

Русский за границей тут же стремится забыть родной язык

Где поручики Голицыны и корнеты Оболенские?

Где утро туманное, утро седое?!

Где?

А разве дома мы свои?

С добрых ли, злых побуждений у нас украли страну,

Державу, которую наши предки собирали веками.

Каждая пядь отечества нашего на два метра пропитана их кровью!

И что? Приняли. Смирились. Не за-ме-ти-ли!!!

Значит, не было национального стержня, нет и корней, питающих душу и сердце!

Так нация мы вообще или просто

Сборище миллионов, получивших не по заслугам

Богатейшую на планете землю?

У нас нет национальной памяти?

У нас нет национальной воли и достоинства?

Мы все можем! Но ничего не хотим!

Н ведь было же, было!

И свинцовое небо тысяча девятьсот сорок первого года,

И Брестская крепость, где люди были тверже камня,

И был Матросов, и был Гастелло, и были тысячи,

Миллионы тех, кто, не колеблясь, отдавал народу

Отечеству всего себя без остатка!

И было ведь, было знамя над рейхстагом,

И слёзы всего мира, спасенного русским солдатом!

Так неужели же для того, чтобы встать плечом к плечу,

Нам нужна война?

Трижды прав гений, сказавший: были времена труднее,

Не было подлей.

На нас опять ставят опыты, ежеминутно, ежечасно,

Нас насилуют, грабят, убивают, - мы живем, но

Какой ценой?

Россию предали, душу продали, неужели замахнемся на Бога?

Так где же наш набатный колокол?

Где Минины и Пожарские?

Сколько же еще будем пребывать мы в безмолвии и пьяной спячке?!

Проснись, народ! Не на баррикады зову я тебя и не к Оружию призываю!

Просто проснись! Хватит! Достаточно!

Давайте для начала станем просто гражданами.

Сеятелями, хранителями, созидателями.

Давайте осознаем, наконец, что за нас никто ничего

Не сделает.

Давайте же любить и себя, и своих ближних,

И ту огромную землю, которая у нас одна,

И которая зовется Родиной!!!

На коленях прошу об этом ...

 

АВГУСТ

 

Имперский месяц август, потому

Чреват переворотами и смутой.

И всяк из нас, своей судьбой согнутый,

Несет ее по жизни, как суму.

Но старым страхом запечатан рот.

В лохмотьях из бывалого величья

Страна вползала в новый поворот

На фоне суеты и безразличья ...

 

СМЕНА ВЛАСТИ

 

Обрюзгшие и старые, они,

Страну, загнав в тупик, поумирали.

Власть обронили, даже не отдали

В тифозно-перестроечные дни.

«Ямщик» погнал, не ведая дорог,

Полозья на ухабах затрещали,

Продажные кликуши верещали,

Мол, обратил свой лик к России Бог.

Увы! Все наши светлые мечты

Разбились в прах, неведомым тревожа.

Страна всегда на скотный двор похожа,

Когда у власти хамы и скоты.

Сбежалось все жулье на царский пир,

Да и не просто пир, а пир горою ...

Над «толковищем» восседал Кумир,

Скипетр держа трехпалою рукою!

 

СССР

 

Слилось, ты пребудешь в мире вечно.

Казалось нерушимой, как стена,

Не самая свободная, конечно,

Но самая любимая страна.

Тебя нам наши предки завещали,

И, сотни лет потом перелистав,

Тебя отцы и деды защищали,

На метры землю кровью пропитав.

Шагала ты особою дорогой

Во все пределы зрима и видна.

Идеологий всяких очень много,

А вот страна на все века одна.

Кто ж нагадал ей на кофейной гуще,

Что шабаш соберет свой сатана,

Что подлецы из Беловежской пущи

Тебя задушат, спящую, спьяна.

А мы, такой беды совсем не чаяв,

Прокопошились где-то вдалеке,

Отечество проспали, как Чапаев

Судьбу-злодейку на Урал-реке.

Народ наш не живет, а суетится –

Ни голове нет места, ни рукам.

Россия, как бездомная девица,

Пошла вразнос гулять по кабакам ...

 

РОССИЯ

 

Куда бредем, не ведая дороги?

Где разминулись с лучшею судьбой?

Устало сердце, тяжелеют ноги,

А впереди - лишь поводырь слепой.

Россия-мать! Случилось что с тобою?

Где потеряла светлую мечту?

Из века в век не ведаешь покоя,

Уже свою не пряча наготу.

Сынов своих нисколько не жалеешь,

Покуда не возьмутся за колье ...

И глаз поднять ты от земли не смеешь,

Чтоб не видать убожество свое.

Все на распыл, все на пустую трату.

Уже не сладок нам Отчизны дым ...

Что скажешь ты защитнику-солдату?

Что - детям обездоленным твоим?

Безвременье нас мучит и пиявит.

Законы - пыль, зато жирует власть.

Медиакраты над тобою правят,

А ты под них, как сука, улеглась!!!

 

БЕЛЫЙ ДОМ

 

Ну, вот и к нам нагрянула беда,

Из подворотни вынырнул «мессия».

Чего ж не поделили, господа?

Кормушку под названием Россия?

Во истину каких таких идей

Позора грязь на полосатых флагах?

Нет демократий - на крови людей,

Как нет и коммунизма на ГУЛАГах!

Так кто ж из вас переступил порог,

Крепимый, охраняемый веками,

Кто вас рассудит, разве только Бог,

Но даже он лишь разведет руками.

Да, вы вопрос поставили ребром,

Когда устои ваши затрещали.

За что вы штурмовали Белый дом?

За что его, скажите, защищали?

Тревожные, клокочущие дни,

Броня машин блестит кровавым потом.

Нет! Вы Рейхстага взять бы не смогли,

Парламенты по силам пиночетам.

 

КАТАСТРОЙКА

 

Как они держались бойко,

Как они вещали мелко:

Будет вам всем перестройка

(а мы знали - перестрелка).

Как они нам говорили

Про величие и чудо,

Обещания дарили

(а мы знали - будет худо).

Мы взлетим к зениту славы,

Потерпите только малость.

Что осталось от державы?

От России что осталось?!

От седых морей до Буга,

Там, где раньше было тихо,

Брат на брата, друг на друга

(да за что нам это лихо?!)

Сколько мы сердец разбили,

Сколько вдов у нас в печали.

Они, знай себе, творили

(а мы, видя все, молчали!)

 

МЫ

 

В неверье рождены, в неверии живем,

Свой черствый хлеб нужды из века в век жуем.

Всё от кого-то ждем свершений и чудес,

А в душах … - нет, не Бог, а бьет копытом бес!

Хватательный рефлекс: убить, украсть, урвать,

Нам пара пустяков забыть родную мать!

А родину свою предали мы уже,

Пропили мы ее в соседском гараже.

Что делать? Как нам быть? И кто же виноват?

Как выбраться на свет из вековых утрат?

Слепой петляет след, в смятении умы,

Правители у нас такие же, как мы!

Кого ж тогда бранить? И на кого пенять?

И на какой свече о будущем гадать?

Не потому ль народ корнями так ослаб,

Что в нем в одном лице бунтарь живет и раб?

Ни гордости у нас, ни твердости в делах,

Спокон и по сей день нас давят лень и страх.

Великая страна, где маленький народ,

А на дворе уже 2001 год!

 

Я ОТ ЖИЗНИ НЕ УСТАЛ

 

Я от жизни не устал,

Не дорос до кроны.

Пусть над нами правят бал

Глупые законы.

На своей живем земле,

Только задышали,

А правители в Кремле

Лишь бы не мешали.

Руки, ноги у меня,

Голова от Бога,

В поле выгоню коня –

Запылит дорога.

Напотеюсь, натружусь,

Все отлажу к лету

И собою возгоржусь,

Ныть мне время нету.

Я люблю свои края,

Жить под небом синим

Будешь ты, и буду я,

Будет и Россия!

 

НЕ НАДО РОССИЮ ЛЮБИТЬ ЗА БЕРЁЗКИ

 

Такая нахлынет порою обида-досада:

Ну что там поэты, слезливо бездумно несут?

Не надо Россию любить за березки, не надо,

Берёзы не только в России веками растут.

Что толку их лапать и горькой слезой заливаться?

Ну, дерево деревом, да и растет без забот.

Да дайте народу вздохнуть и на ноги подняться.

Кто любит Россию - тот прежде народ бережет!

Он – высшая ценность! Он - то, что зовется Россией.

Что будет с державою, если не станет его?

Огромная суша, березой поросшая сильно,

И белые рощи кругом. Ну, и что нам с того?

Мы таем сегодня, скользя по земле, как по воску.

Иные народы на смену российским идут.

И новый язык назовет по иному березку,

И новые реки по нашей Руси потекут.

И там, где мы жили, иные раскинутся царства

И новый хозяин засядет за бывший наш стол,

Когда безразлично к народу свое государство,

Себя ж убивает - и в спину березовый кол!

Какие проблемы у нас, и какие угрозы,

А мы, словно в топке, бездарно сжигаем года

Печально шумят над Россией моею березы

Займитесь собою - и нас вы спасете тогда.

Народ-Богоносец, я знаю, однажды проснется

И станет нам близок и сладок Отечества дым

И новое знамя над нашей страною взовьется,

И жить она будет веками на зависть иным!

 

ЕЛЬЦИНОИДАМ

 

А время, вроде, и не движется,

Вокруг хапуги да хорьки,

Смешно смотреть на тех, кто пыжится

Его веленью вопреки.

Ах вы, князья мои удельные,

Машин блестящие бока,

Да ладно, были б мысли дельные,

А не о славе на века!

Власть наша горькая и ситная,

Да ты сама в себя вглядись –

Ты пред веками беззащитная

И под патиной не спастись.

Что от тебя потом останется?

Какие громкие дела?

Меня хоть вспомнят: был, мол, «пьяница»,

Тебя, - что никакой была.

 

СТЕРВЯТНИКИ

 

По стране своей родной

Я кочую,

Под стопой своей ее

Я не чую.

Стала стылою земля,

Будто к ночи,

А заросшие поля

Режут очи.

Расплодились по земле Тараканы,

Ну а в ельцинском Кремле

Звон стаканов.

Не опомнятся никак

От победы,

Что им холод, что им мрак,

Наши беды.

Превозносят сатану

Ртом бесстыжим

Уступили мы страну

Тварям рыжим.

Не на день, а навсегда.

Делят шмутки,

Подалися в господа

Все ублюдки.

Много нам он говорит,

Да невнятно,

Где министр, а где бандит –

Непонятно.

Для кого же эту жизнь

Он наладил?

А стервятник сел на герб

И нагадил.

 

ИЗБУШКА НАБЕКРЕНЬ

 

Избушка набекрень,

Гармошкою крыльцо,

И прикрывает день

Ладошкою лицо.

Стыдится, видно, он

За наши за грехи.

Растут со всех сторон

Забвенья лопухи.

В овраге спит Иван,

Храпит, да по басам,

Какие сутки пьян

Уже не помнит сам.

А кто навеселе

Мух ловит в бороде.

Пять человек в селе,

А остальные - где?

Ступились жала кос,

Река бежит назад,

Пустил кто под откос

Наш вековой уклад?

Ржавеет борона,

Зарос весь огород,

И гибнет вся страна,

Когда деревня мрет!

 

АФГАНСКОЕ БРАТСТВО

 

Афганское братство,

Осталось ль ты в силе?

Продажность и блядство

Сегодня в России!

Рука руку моет,

Стрельба да раздоры,

Да кто ж из вас вспомнит

Афганские горы?!

И стрекот вертушек,

И залпы орудий,

И как умирали

Хорошие люди.

Российские парни

Ходили в атаки,

Их кровью налились

Афганские маки.

За что же вы бились,

Изведав немало,

Чтоб нечисть плодилась?

Чтоб мразь процветала?

Чтоб вскакивать ночью

Тревожно, спросонья,

Чтоб плакала мама,

Прикрывшись ладонью.

В Россию - все беды,

В Россию - все муки.

И правят страной

Разжиревшие суки.

Пока вы в Афгане

Дороги месили

У вас за спиной

Захватили Россию

И в неге живут в ней

Сейчас оккупанты,

И «Мурку» играют

На башне куранты.

В Кремле чехарда,

У Парламента танки,

Сцепились за власть Пауки,

Словно в банке.

В зачуханных сенях

Ни крика, ни вздоха,

Стоит на коленях

Народ-выпивоха.

Мы сели на мель,

Не изведавши брода,

Пошла на панель

Проституткой свобода.

Шампанское ведрами

Пьют в Пентагонах,

А лики темнеют

На наших иконах.

За веру обидно,

За блажь к иноверцам

Мучительно стыдно

За нас страстотерпцам!

Так где ж ваша сила,

Афганское братство,

Глаза что ль застило

Чужое богатство?

Так где ж ваша воля?

Неужто в стакане?

И мчится держава

На Черном тюльпане ...

 

ПРОСТИТЕ, ПОДОНКИ

 

Простите, подонки, за то, что касаюсь пером

В невежестве вашем надменном,

И к вашим незвано явился дворцам многостенным

Не с миром смиренным пришествовал, но с топором.

На месте погостов не ставят роскошных дворцов,

А вор - хоть в короне - навечно останется вором,

И пасть вам придется, я знаю, с таким же позором,

С каким продавали вы память великих отцов!

Где место наживе - там родина ваша и дом,

Но пир ваш горою не праздник, а просто от страха,

Но лечь вам придется на Божию плаху.

Не будет прощения вам, и не будет потом ...

 

КИНДЕР-СЮРПРИЗ

 

Лысенький, тщедушный, говорливый

Всем улыбки добрые даря,

На Державу сел пацан сопливый

По указке пьяного царя.

Что он мог? Откуда только взялся,

Разорив нас с вами до рубля?

Кем он в нашей памяти остался,

Полчаса побывши у руля?

Да никем! Ничем! Пустое место,

И по правде, нет на нем вины.

Кто тогда давил народ - известно,

И кто душу вынул у страны.

Кто петлял, как заяц на опушке,

И сбежал, как крыса с корабля,

Подсобрав пол-литра и читушки,

Что горой лежали у Кремля.

А пацан? Пацан остался в деле.

То понятно - он же нам не враг ...

Даже чужеземцы не посмели

Над Россией изгаляться так!

 

ГОСПОДАМ

 

Не гадьте в душу, господа!

В ней и без вас всего хватает

И в ней давно надежда тает

Дожить до Страшного Суда.

Не научившись ничему,

Вы позабыли о богатых,

В семнадцатом году распятых,

Сменивших роскошь на суму.

Не лгите лучше ни о чем,

Ведь ваша ложь давно понятна

Вернётся к вам обман обратно

И плахою, и палачом.

 

Я В ЭТОЙ ЖИЗНИ ЧТО-ТО ЕЩЁ ЗНАЧУ

 

Я в этой жизни что-то еще значу

Еще пашу глубокой бороздой,

Но почему порою немо плачу

Невидимою горькою слезой?

Что прошагал, прожил: ничуть не жалко.

Ошибки, достиженья - все мое.

И жизнь моя - не мусорная свалка,

Так что ж над ней кружится воронье?

И каркает, и гадит, и тревожит,

И по лицу крылом костлявым бьет,

Чтоб души не клевать - оно не может,

Чтобы не гадить в них - не проживет.

И в этом я, увы, не одинокий,

У каждого свой ворон, свой палач,

И что им до мечты моей высокой,

И что им наш исповедальный плач!

И что мы сами им? Пустое место,

Толпа покорных у вельможных ног.

Холопы, нам бывает даже лестно

Под плеть себя подставить иль плевок.

И ничего мы изменить не можем,

И не желаем ни спросить, ни взять,

Нам сытный ужин гордости дороже,

Нам унижаться - Божья благодать.

И я такой же: глаз поднять не смею.

Поэтому лютует воронье,

Что перед хамом гну покорно шею

И трусость - всепрощение мое!

 

РЫБАЛКА – ЭТО СОСТОЯНИЕ

 

Рыбалка - это состоянье

Души, что вырвалась на миг

Из буден, как из истязанья,

Где ты никто, а рок велик.

Здесь озеро и лес стеною,

И тихий шепот камыша,

И только здесь своей судьбою

Сейчас живет моя душа.

Здесь мир простой и благородный,

Никем не тронутый покой,

И только здесь, такой свободный,

Дышу в ладу с самим собой.

А там постыло и убого,

Там сушат в комнатах белье,

И нет там веры, нет там Бога,

Лишь торжествует воронье.

Что им до правды и до чести,

И до тоской набрякших глаз?

Взращенные на сладкой лести,

Они в упор не видят нас.

И вновь к нам катит добрый барин,

Спешит к холопам налегке,

И слово гнусное «хозяин»

У нас опять на языке.

И снова мы ломаем шапки,

Глазами преданно горя.

И целый мир застили тряпки

Баранам без поводыря.

И снова без сопротивленья

Мы позволяем нас топтать,

И нас не мучают сомненья

И, Боже мой, чтоб возроптать!

И нам себя ничуть не жалко

И мы не слышим Божий глас

Такая у меня рыбалка,

Как повод, чтоб уйти от вас.

 

КРИЗИСНЫЕ ДНИ

 

Страну раздавши, отчий кров,

Присяге изменив и строю,

В холодных жилах кровь рабов

Течет замедленной струею.

Они, как волки по лесам,

По пущам стали суетиться

Не по земле, а по сердцам

По нашим брошена граница.

Но не будил нам стыд виски

Не мироточили иконы,

И не стрелялись мы с тоски,

И не срывали с плеч погоны.

А новый Хам, кряхтя, на трон

Залез наш под столпотворенье.

И слышались со всех сторон

Одни лишь вздохи умиленья.

Ах, демократия! Ах-ах!

Ах, долгожданная свобода!

Толпою правил темный страх

И псиной пахло от народа.

Да не народ совсем они,

Уж слишком все визжали бойко,

Интеллигентская прослойка,

Понятно ж ... кризисные дни.

 

ТАК ХОЧУ!

 

Не корите меня, не браните

За суровую правду-строку,

А поймите и сердцем примите,

Чем печалюсь на этом веку.

Что дала мне судьба или случай,

Что в душе я годами коплю.

Я мечтаю, чтоб стали мы лучше,

Потому что народ свой люблю.

Каждый русский мне дорог и близок;

Всех взрастил нас березовый сок

Пусть наш промысел будет не низок,

Пусть наш помысел будет высок.

Мой народ! Ничего нет дороже

Для меня и в миру, и в войне.

Потому отношусь к тебе строже,

Чем хотел бы и, может, вдвойне.

Я хочу, чтоб в достатке и силе

Жили мы, а не в сумраке дней,

Чтобы нами гордилась Россия,

Чтобы все мы гордилися ей.

Не подвластны веленьям и срокам

Выйдем мы на проселок большой,

Чтоб к своим возвратиться истокам

С просветленной и чистой душой!

Так хочу ...

 

II. НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА

 

 

(1998-2004 гг.)

 

***

Уронили совесть, потеряли,

Не заметив, мимо прошагали.

Целый век она в земле пылилась.

Ни одна душа не спохватилась.

 

НЕ СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА

 

В своем предназначенье строгом

Мы все ж тщеславием больны.

Не возвышай себя над Богом!

Не опускай до сатаны!

Не мни себя владыкой мира

Нелеп ты в этом и смешон

Не сотвори себе кумира

Ведь изначально ложен он!

Рабом не будь! И с каждым веком,

Его и ближних возлюбя,

Расти! Чтоб стать тем человеком,

Каким господь создал тебя!

 

ПРОЗРЕЛИ?

 

А у нас строят церковь, Дом Божий,

Чтобы чище мы стали и строже,

Чтобы здесь, у Святого порога

Лишь для правды все жили и Бога.

Чтоб светлей и сердечнее были,

Чтобы зла на сердцах не копили,

Чтоб стояли еще в жизни оной

Перед совестью, как пред иконой.

Надо жить нам трудом благородным,

Вор, как раб, не бывает свободным,

Хам не знает укора и чести,

Коль взращен на лакействе и лести.

Так достаточно нам суетиться,

Над душою пора потрудиться,

А пока мы убоги и сиры,

Нами ложные правят кумиры,

И идём мы тропой супостата,

Уперевшись в корыто, как в злато.

Но я верую, что Русь святая

Возродится от края до края,

Не на слове, на праведном деле,

Строим церкви, а значит - прозрели!

 

КУПОЛА, МИНАРЕТЫ

 

Купола, минареты.

Сто путей, сто дорог ...

Дело вовсе не в этом,

Лишь бы жил в сердце Бог.

До вершины сознанья

И до смертных седин

Нет у нас пониманья,

Что для всех Он Един.

Нет иного порога,

Хоть возвысь три стены.

Тщетный труд, ведь до Бога

Не доходят они.

Понимать это нужно.

И во имя Отца

Просто жить надо дружно

Всем под дланью Творца.

Без укора и страха,

Да чтоб совесть чиста.

Не гневите ж Аллаха!

Не печальте Христа!

 

«ПОДСВЕЧНИКАМ»

 

Как вы быстро поверили в Бога

И в церквях появились толпой

И стоите пред Богом убого,

Как подсвечники тусклой стеной.

В страшном сне лишь такое приснится.

Ну, зачем  вам все это, на кой?

И пороком набрякшие лица,

И крещение сальной рукой.

Златолюбы, как древние инки,

Вам не храмы - бордели под стать.

Господа! Застегните ж ширинки,

Прежде чем пред иконами встать!

 

Я СЕБЯ НЕДАВНО ОСОЗНАЛ

 

Я себя недавно осознал,

Что живу никчемной жизнью, грешной,

Столько лет бродил я в тьме кромешной,

Столько зим напрасно проплутал.

Предо мною был широкий путь,

Но его я не узрел, хоть зрячий,

Мимо пролетел, как конь горячий,

Всем соблазнам распахнувши грудь.

Все ж очнулся! Все ж увидел Свет:

Да ведь вот она, моя дорога,

И прошу прощения у Бога,

Что иду к нему на склоне лет.

 

КАК ПРОСТЕНЬКО БЫВАЕТ ЖИТЬ

 

Как простенько бывает жить, когда

Всё только чёрно или только бело

Всё ясно! Хоть бы раз душа вспотела

Иль замерла, как стылая вода.

Зашлась бы, застрадала от тоски,

От светлой песни, чистого заката

Иль оттого, что просто виновата,

Раскаяньем пульсируя в виски,

Она бы нас по жизни повела

Без суеты, корысти и урона,

И подлость не вступила б в ранг закона!

И зависть свои игры не вела!

О, равнодушье! Сколько за тобой

Таится мерзких дел и преступлений,

Трусливых глаз и согнутых коленей,

Где каждый и гонитель и изгой!

Да, наша жизнь убога и проста.

Мы о другой и думать не посмели.

Воздастся нам за все на самом деле,

Забывшим о страданиях Христа!

 

ЗАГУЛЯЛИ

 

Загуляли, запили,

Лишь шумят камыши

О духовном забыли,

О спасенье души.

Нам бы все веселиться

На последний свой грош,

А в подъездах толпится

Оторви-молодежь.

Обо всем позабыли

Веря в ложных царей,

Нас не чтут, как не чтили

Мы своих матерей.

Все дозволено стало,

Так живем в кутерьме

И глядит Бог устало

На Россию во тьме.

 

В РОССИИ ПЬЮЩИХ УВАЖАЮТ

 

В России пьющих уважают,

Коль пьешь, то значит в доску свой.

И никого не унижает

Круглогодичный водкопой.

Где становой хребет России

В своём обилье и красе?

Сегодня каждый третий «синий»,

Да что там третий! Пьяны все!

Всё не насытится утроба,

Всё не зальются закрома.

Да было б что! На крышке гроба

Готовы мы сходить с ума!

Одна потеха и отрада,

Вся жизнь на пьяном вираже,

Нам даже повода не надо,

На всякий случай пьем уже.

Была держава наша в силе,

Стоя веками не на лжи,

А мы ее, почти пропили,

Великорусские бомжи!

 

XAMCTBO, В НЁМ ВИНА ...

 

Мы друг друга не щадили никогда,

Крик да рык, кругом на долгие года.

Оскорбить, стоптать, унизить - вот дела.

Сколь обиженных в могилу смерть свела?

А ведь если откровенно посмотреть,

Виноваты не болезни и не смерть,

Просто так у нас построена страна,

Что в ней хамство убивает. В нем вина!

Да, потом мы над убитым говорим

И словами бесполезными сорим,

Превозносим, хвалим, ставим всем в пример,

Хорошо, что он не слышит лицемер.

Помнил он слова, секущие, как плеть,

Мертвых жалко. А живых зачем жалеть?

Если б чаще людям доброе сказать

Мы б не стали от обиды умирать!

Где там думать сердцем нам и головой?

Отмолились, а теперь держись, живой!

И опять над головами шум да гам,

И опять над всеми нами вечный хам.

И опять он продолжает все крушить

Может, взять его, да тихо придушить?

Не получится! И с солью не съедим –

Он во всех нас. Потому не победим!

 

ЛЕС

 

За высокой горой

Есть святые края,

Здравствуй, лес золотой,

Здравствуй, радость моя!

По опавшей листве

Я иду к свету дня,

И в своем естестве

Он встречает меня.

Похожу, поброжу

Под осеннюю грусть,

Ничего не скажу,

В пояс лишь поклонюсь.

Ах, багрянца пожар,

Листьев тонкая медь.

у природы есть дар

Наши души жалеть.

Нам бы это понять,

Нам бы это принять

И страницы ее

Научиться читать.

Для меня каждый лес,

Как волшебный порог,

Чрез него к нам с небес

Опускается Бог ...

 

ОТ ЗАКАТА ДО РАССВЕТА

 

Нам этот мир был дан не по заслугам,

В нем было все для жизни и мечты,

Он думал, человек приходит другом

Для помыслов святых и красоты.

Как Он нас ждал! Морями и лесами,

Раздольем трав, журчаньем синих рек,

И думал сам Господь под небесами,

Что обретет себя здесь человек!

Возвысится трудом своим великим,

Ну а потом дотянется до звезд,

И будет мир цветущим, многоликим,

Без войн, без преступлений и без слез.

И мы пришли! И всем явили злобу,

Пуская в ход и зубы, и ножи

Все в нашу ненасытную утробу

В историю на крови и на лжи

Недолго восседали мы на троне,

Так быстро разуверившись в отцах,

Сначала разбрелися в Вавилоне,

Ну а потом растратились в сердцах.

И что теперь? Дыбится вся планета,

Ей опостылел человечий род.

И сколько от заката до рассвета?

И кто сказал, что он опять придет!

 

ХУЛИТЕЛЯМ МОИМ

 

А день свалился, как тревога,

Слипаясь в долгие года.

Опять знакомая дорога,

Опять дорога в никуда.

Неся, как торбу, свою долю,

Испив сомнения до дна,

Душа так просится на волю,

Вот только знать бы, где она?

Но как бы путь мой не был труден,

Не вам судить меня за то.

Не потому, что неподсуден,

А потому что - судьи кто?

 

ПРАВИЛЬНЫМ

 

Сердце зажми в кулак,

Душу возьми в тиски.

Каждый - ни друг, ни враг

До гробовой доски.

Сбрось все сомненья с плеч

И затаись в ночи

Хочешь себя сберечь,

Чтоб ни стряслось, молчи,

Прячь все концы в воде.

Чья там дрожит слеза?

Кто-то из нас в беде?

Пылью прикрой глаза.

Да приуменьшь свой рост,

Да не тянись из жил.

Есть у меня вопрос:

А для чего ты жил?!

 

АХ, ЗЛЫЕ ЯЗЫКИ ...

 

У жизни смысл свой и расклад.

В ней наш удел, увы, не ровен.

В ней каждый в чем-то виноват

И каждый в чем-то невиновен.

Давайте ж спросим у веков:

Как так случается на свете,

Что столько злобных языков

Секут нас больно, словно плети?

Кто дал им дьявольскую власть

Над всеми нами приподняться?

В чужую душу влезть и всласть

Там с наслажденьем ковыряться?

О всем готовые судить:

Кто с кем, кто где, была ли водка.

А мы давай судьбу корить

И говорить, что жизнь коротка ...

 

ПЛОХАЯ

 

Это видно, гримасы судьбы

Или просто кончается век?

Собрались мы вчера по грибы,

Ну а ночью шел хлопьями снег.

На стекле капли слез не спеша

Образуют расплывчатый круг.

Потому же болит так душа

И всё валится напрочь из рук?

И автобусы, словно гробы,

И клозетом разит гастроном.

И змея водосточной трубы

Захлебнулася ядом - дождем.

 

ЭПИТАФИЯ

 

Из близких нет таких, чтоб не обидел,

Из дальних нет таких, чтоб уважал.

Он всех людей и скопом ненавидел

И лишь себя, родного, обожал!

Был прав всегда, во всем и без сомнений,

Свой суд вершил над нами до конца.

Да что там мы! Не преклонил коленей

Ни разу он пред образом Творца!

Не брал ничьи он слезы во вниманье,

Катком давил на полном на газу,

И в мир иной ушел без покаянья,

Всю жизнь, прожив

С занозою в глазу.

 

МЫ ЗА СОБОЮ ...

 

Мы за собою все мосты сожжем,

То «ндрав» бушует, то бунтует тело,

Мы эту жизнь начерно проживем,

А следующую - уже набело.

И души топчем, и наотмашь бьем,

А коли плачем, разве что на тризне.

Что мы берем? И что мы отдаем

В безлико неприглядной этой жизни?

Все суетимся, хапаем - зачем?

Трясем друг друга за грудки как грушу.

Пришел никем ты, и уйдешь ни с чем,

На суету сует истратив душу.

Пробьет наш час! Взойдем мы на порог,

Умеющие только ненавидеть.

И горестно вздохнет над нами Бог –

Да разве я таких хотел вас видеть?!

 

НОСТАЛЬГИЯ

 

О, как нам эта истина ясна,

Когда в конце пути мы, не в начале.

Касьянов год. Сиротская весна.

С небес струится тихий свет печали.

Давно осиротел наш старый дом,

Где в свежести ночей ты мне приснилась.

Но все ж во что-то верим, что-то ждем,

Хоть все прошло, и все уже случилось.

Ты помнишь нашу первую весну?

Она пришла к нам, пусть и запоздало.

Я отрешась на прошлое взгляну

И лишь вздохну протяжно и устало.

Дороги нет в волшебную страну,

Былое за высокою горою.

Ну что еще, осталось на кону

До вздоха-вскрика перед немотою?

 

СЛЮДЯНОЕ ОЗЕРО

 

Слюдяное озеро,

Кромка камыша,

Аист, птица вольная,

Ходит не спеша.

Стрекоза запряталась

Под большим листом,

А по глади лилии

Вышиты крестом.

Я у подорожника

Думаю мечту.

Эх! Сюда б художника

В эту красоту.

Посмотрели люди бы

На рябины дрожь,

И исчезла б ненависть,

И пропала б ложь.

Шли б дорогой верною

Темные умы.

За житейской скверною

Слепы! Слепы мы!

 

ДАВНО УЖЕ НЕ ВИДЕЛ ВНУЧКУ

 

Давно уже не видел внучку

И не водил ее за ручку

По нашим паркам и лесам.

Я время трачу не на книги,

А на разборки да интриги,

Живя по бешеным часам.

Кругом оскалы. Не улыбки,

А взгляды за спиною липки,

Не взгляды - острые ножи.

Мой лучший друг - отрада детства,

Забыв про дружбу и соседство

Пошел со мной на виражи.

Не ходим мы друг к другу в гости,

Погрязли в зависти и злости,

В объятьях можем задушить,

А иномарка - оскорбленье,

Укор за наше неуменье

Локтем соперников крушить.

А для чего? Все быстротечно

И жизнь, она всегда конечна

И что останется потом?

Травой заросшая могила,

Оградки ржавые перила,

Да кучка злобы под крестом!

 

ДЛЯ ЧЕГО НУЖНЫ ПОЭТЫ?

 

Наша жизнь порой, как злая сводня,

Жертвы ждут покорно палачей.

Потому нужны стихи сегодня?

Ценности другие у рвачей.

Рубль застил нам и глаза, и уши,

Все права у черного ствола.

Господи, спаси ты наши души

И очисть их, Боже, от бабла!

Распахни нам в светлый мир ворота,

Встреть нас у высокого крыльца.

И опять глаголом будет кто-то

Жечь неравнодушные сердца.

Снова станут ясными рассветы,

Позабудут люди про грехи,

А иначе для чего поэты?

А иначе для кого стихи?

 

III. ЗОЛОТЫЕ ЯБЛОКИ ЛЮБВИ

 

 

(1996-2004)

 

 

 

ГИМН ЛЮБВИ

 

О, любовь! Ты пришла и лишила нас сна.

О, любовь! Ты пришла и на сердце весна.

О, любовь! Ты явилась, и мир стал иным.

О, любовь! Счастлив стал даже тот, кто гоним.

О, любовь! Открываешь ты наши сердца.

О, любовь! За тобой мы идем до конца.

О, любовь! Для тебя нет закрытых дверей.

О, любовь! Стали мы и светлей и добрей.

О, любовь! Я готов целый мир обнимать.

О, любовь! Никогда нам тебя не понять.

О, любовь! Это к солнцу зовущий рассвет.

О, любовь! Без тебя ничего в мире нет!

 

КТО ТАМ В НЕБЕ?

 

Незаметно опустился вечер

Как мгновенья эти хороши!

Кто ж там, в небе зажигает свечи?

И для чьей томящейся души?

Я свою когда-то не послушал

Кто ж теперь найдет ее во мгле?

Если звезды - это наши души,

Что недосветили на земле?

***

 

Внукам Арине и Андрею

 

Здравствуй, внук, И здравствуй, внучка!

Слышу ваш задорный смех,

Справа - ручка, слева - ручка,

В небе солнышко для всех!

Вы мои родные крошки,

Как цветочки на столе,

Ваши теплые ладошки

Держат деда на земле,

Будет все у вас, как в песне,

Доброй песне без прикрас,

И я с вами буду вместе

В Божий день и Божий час.

А шалите? Ну, так что же,

Нет ветрил у корабля.

Когда был помоложе,

Тоже вешал кренделя.

Мне на вас бы наглядеться

Да похвастаться судьбой,

Слева сердце, справа – сердце

Потому и молодой!

 

АЛЫЕ ПАРУСА

 

На природе отдыхает сердце,

Только ей я верю и молюсь.

В чьей-то жизни не хватает перца?

А в моей? Хотите, поделюсь?

Расскажу, как в сумрачной пороше

Дни свои невзрачные влачу,

И о невозможной тяжкой ноше,

Что уж не несу, а волочу.

Потому спешу туда, где мило

Все мне до скупых и чистых слез,

Значит, сердце вовсе не остыло

Для щемящих запоздалых грез.

Значит, в жизни многое не прожил,

Значит, зря желания копил,

Там недодышал, не подытожил,

Здесь недогорел, недолюбил.

Не был сердцеедом и повесой,

Всё кого-то ждал в своих мечтах,

А ведь знал: не плавают принцессы

Никогда на Алых парусах.

***

Синим покрывалом

Ночь на землю ляжет.

Пахнет снегом талым

Земляникой даже.

Тени вдоль забора,

Узкая дорожка,

Не спеша, не скоро

Поброжу немножко.

Дымом сигареты

Буду часто греться,

От воспоминаний

Никуда не деться.

В памяти листаю

Лица, даты, сроки.

Жизнь была простая,

Как вот эти строки.

 

Н. К.

 

 

ЧТО БЫЛО-НЕ БЫЛО У НАС

 

День исходил, даря тепло,

Спокойствием дышали дали.

А утром лето умерло

В немой таинственной печали.

Сошло на нет в единый миг,

Уйдя неслышно, осторожно

Лишь в хладном небе птичий крик

Звенел прощально и тревожно.

Спустилась сумрачная тень,

Зажглись рябиновые свечи,

И брел себе калека-день,

Озябшие сутуля плечи.

Где ж блеск твоих зовущих глаз?

Где поцелуи до рассвета?

Что было - не было у нас

Об этом знает только лето ...

 

С. Сафронову

 

 

ОСЕННИЕ ЖЕЛАНИЯ

 

Мы свои желанья тайно носим,

Заблудившись в истине простой.

Ах! Какая за окошком осень,

Ах! Как пахнет прелою листвой!

Воздух чист, и небо смотрит строго,

Спала душность лета и в тиши

Ты стоишь у моего порога,

Проплутав во тьме своей души.

То ли плакать мне, а то ль молиться,

То ли клясть, а то ль сказать: «Прости».

Ты уйдешь, чтоб снова возвратиться

И опять в снега свои уйти.

Вот стоишь ты, глаз поднять не смея,

Пахнет свежим хлебом и жнивьем.

Осень, осень - золотая фея

Что ж ищу я в облике твоем?

 

ОДИНОЧЕСТВА

 

Вот опять мы с тобою повздорили

Ну, и что доказали кому?

Мы не прожили жизнь, а проспорили

В нашем вечно холодном дому.

Две гордыни сошлись, два «высочества»,

Сохранившие свой неуют,

Два ложатся в постель одиночества,

Два таких же под утро встают.

Напиявились мы, накомарились,

Оттирая друг друга плечом,

Незаметно меж споров состарились,

Спорить стало уже не о чем.

Без прощенья обиды лишь множатся,

Мне бы это понять, но не смог,

Кто же знал, что у нас все так сложится

Жизнь прожитая поперек

Никого не кляну за судьбу мою,

На тебе ли, на мне ли вина?

Но помирит с тобою нас, думаю,

Только вечная тишина ...

 

Я ОДИН ...

 

Я один и вокруг ни души,

Ни вражды, ни проблем, ни забот,

И стеною стоят камыши,

Укрывая меня от невзгод.

Я один у волшебной воды,

Научившись ее понимать,

Только вкрадчивый шаг у беды

Не успел, не сумел распознать.

Знать бы раньше, где прячется брод,

Где таится глубинная гладь,

Чтоб ошибки свои наперед

За минуту всем сердцем понять.

Не сумел я, и жизнь на гроши

Разменял, словно сам себе враг.

И печально шумят камыши,

Что ж ты так, человек, что ж ты так ...

 

В. Михину

 

 

ИДУ НЕ СПЕША ...

 

Теплый, пасмурный день

Дверь закрыл на засов,

На дворе полутень,

Мягкий сумрак лесов.

Все размыто слегка,

И туман стелет путь,

И склонились века

Головою на грудь.

То ли сон, то ли нет,

То ли час наш пробил?

Это просто рассвет

Ночь так долго любил.

Трону ветку рукой,

Слов не смея сказать,

Тишина да покой,

Да небес благодать.

Я иду не спеша

За водицей в овраг

Отмякает душа

Под неслышный мой шаг ...

 

ИЗМЕНА

 

Объяснять уже устала,

За окном ночная тишь,

«Я любовь свою искала» -

Домочадцам говоришь.

«Голова была в тумане, -

Объясняешь горько ты,

Но не вышло на обмане

Ни любви, ни красоты.

Что могла я? Что хотела?

И куда мечта вела?

Поменяла только тело,

Лишь потом все поняла.

Знать заранее, да кабы

Чей-то выслушать совет».

Что ж вы делаете, бабы

В ваши сорок с лишним лет!

Упрекать я вас не смею,

По щекам словами бить,

Понимаю вас, жалею -

Так ведь хочется любить!

Так ведь хочется полета,

Что бывает невтерпеж,

И туда бежать охота,

И отсюда не уйдешь.

Ну а после сплетни, слухи,

Всем ли это по плечу?

Но летите вы, как мухи,

На палящую свечу.

 

ЗИМНЕЕ УТРО

 

Медный луч на заре

Между штор заплутал.

Видно, он в декабре,

Как и я, подустал.

То ль бессильный рассвет

Нагоняет печаль,

Толь мечта зрелых лет

Умирает, а жаль.

Ни желанья, ни сил,

Лишь души маета.

Видно, жизнь износил

Я до кромки листа.

В этот утренний час

Белый свет мне не мил,

Снег тайгу, словно гроб,

В белый саван укрыл.

 

БЫЛОЕ

 

Я ни в чём и ничуть не раскаялся,

Хоть и рву свою душу из жил.

Я любовью своей перемаялся

Переплакался, перетужил.

Нам бы дальше шагать той дорогою.

Что ж ты встала у черной межи?

Наши чувства страстишкой убогою

Посчитали людишки во лжи.

Почему же не мне - им поверила?

Потому одиноко брожу?

И фату нет, не жизнь, - смерть примерила.

И ответа я не нахожу.

 

Б. Тимошникову

 

 

КОСТЕР ИСПОВЕДАЛЬНЫЙ

 

Ночь. Костер. Река.

Почти по Блоку.

В котелке пахучая уха.

Месяц ясный серебрит осоку.

Спит земля привольно без греха.

Многое сказать мне надо другу,

Всем друзьям - в покое и тиши,

И пошел, пошел стакан по кругу

Не для пьяни, просто для души.

Мы напрасно словом не сорили,

Жизнь свою измерив каждым днем,

Мы о сокровенном говорили,

А о чем? Да всякий о своем.

В черном небе путь сияет Млечный,

Танец звезд до самого утра,

Разговор неспешный и сердечный

В мягких бликах доброго костра.

Где же ты остался, вечер дальний?

Почему друзей распался круг?

Отгорел костер исповедальный,

Оглянусь - и никого вокруг ...

 

ЦВЕТЫ

 

Я знаю, вы живые, вы все слышите,

Коли я под вечер к вам приду,

То вы неравнодушно сразу дышите

В моём любовью созданном саду.

Вы каждым лепестком словам внимаете,

Живя в зелено-сказочной стране,

И как никто меня вы понимаете,

И тянетесь и к солнцу, и ко мне.

Мои цветы! Я знаю без сомнения,

В какие б ни уехал я края,

Вы мой приют, источник вдохновения

И трепетного чувства бытия.

Какие силы и на что потрачены?

К чему считать наполненные дни

Природой для людей вы предназначены,

Чтоб чище становилися они.

Чтобы когда наступит час прощания,

Когда свою я песню допою,

Вы оставались вместо завещания

И дальше продолжали жизнь мою.

 

НЕ УСНУТЬ МНЕ

 

Вот и ночь на дворе,

Тихо звезды горят,

За окошком моим

Сны построились в ряд.

От деревьев на снег

Тень упала черна.

Как морозно!

За облаком дремлет луна.

Снег белее себя,

Как больной человек,

Не уснуть мне, любя,

Может быть, целый век.

Это только наш дом

Под сугробами спит,

Белым он серебром

Околдован, облит.

И забыт, и затих

В этих вечных ночах.

Вижу иней в твоих

Равнодушных очах ...

***

Не обижайте тишину

И громких слов не говорите,

Спокойно двери отворите

В небес задумчивых страну.

Здесь наши мысли и умы

В полон взяты легко и властно.

Порой молчанье так прекрасно,

Что перед ним немеем мы ...

 

НОВОГОДНЕЕ НАСТРОЕНИЕ

 

Шаг по синему снегу осторожно несу,

Суетливые мысли уносятся прочь.

Я бы очень хотел оказаться в лесу

В новогоднюю ночь, первозданную ночь.

Чтоб неслышно меня обняла тишина,

Чтобы помыслы были свежи и чисты,

Чтобы терпкая струйка живого вина,

И чтоб рядом со мною была только ты ...

 

ПРИЗНАНИЕ

 

Мои любимые! Февраль

Уже исходит снежным соком,

А на карнизе невысоком

Играет радугой хрусталь.

Темнеют зимние сады,

И осязаем мы отныне

Чуть горьковатый вкус полыни

В мерцанье утренней звезды.

Я вижу вас за дымкой лет,

Тех, что минули быстротечно.

В душе моей сияет вечно

Любимых глаз незримый свет.

Но! Обновление грядет,

Ведь жизнь не ведает покоя,

И сердце, глупое такое,

Опять надеждою живет ...

 

ИЮЛЬ

 

Плавит воздух июль,

Цепенеет река

Высоко в небе знойном

Дворцы-облака.

И по ранним утрам

Багровеет восток,

И хрустальная капля

Росы на листок.

И под кроны деревьев

Торопится тень,

Начинается жизнь,

Продолжается день!

Пусть неслышно плывут

Надо мною года,

Но сегодня я снова

Такой, как тогда.

Но сегодня я вновь

Предаюся мечтам

Не ищите меня -

Я давно уже там,

Где распахнут рассвет,

Где дышалось легко,

Где я смело шагал

Далеко-далеко.

Где споткнулся у самых

Заветных ворот,

Видно, крут оказался

Судьбы поворот.

Задохнулся от счастья

И выпустил руль.

Слишком щедрым ко мне

Оказался июль ...

 

А. Соколову

 

 

ОСЕНЬ

 

Покоя твоего я не нарушу,

Ступая невесомо, как во сне.

Но почему ж так сладко щемит душу

В твоей исповедальной тишине?

Торжественность заката и рассвета,

Предчувствие утрат и перемен.

Пришла пора! От нас уходит лето,

Пыльцу цветов сронившее с колен.

Оно, как жизнь, сошло в мгновенье ока,

Сжигая листья памяти дотла.

Кругом один! Но мне не одиноко –

Печаль моя возвышенно-светла.

Минувшее мы ни о чем не спросим,

Что впереди, бессмысленно гадать.

Когда к тебе вот так приходит осень –

Прими ее как Божью благодать.

 

БЫТЬ МОЖЕТ…

 

Быть может, это было слишком:

Через века, через дожди

Я из окошка, как мальчишка,

Кричу: девчонка, подожди!

Как долго ждал я этот вечер,

Как он торжественен и тих,

И я спешу тебе навстречу,

На свет любимых глаз твоих!

 

НЕ ОЧЕНЬ ЖДИ

 

Не очень жди, ты мне сказала,

Так отрешенно, так устало,

Как в сердце к нам приходит боль ...

А я услышал: не неволь,

Не торопи, судьба ль нас ищет

Или беда вперед бежит?

Воздушных замков пепелище

Сейчас у ног моих лежит.

 

Я ВАС ЛЮБЛЮ

 

Ну, вот и Осень. Здравствуйте, мадам!

Вы проявились, как всегда нежданно.

Не то, чтобы совсем уж нежеланно,

Но слишком рано, судя по годам.

Ваш возраст? Да вы что? Я не о нем.

Я о себе, а вы к тому же - дама ...

И, как любая женщина, упряма,

Коль ваш черед пришел явиться в дом.

Ну а вообще скажу вам, не тая,

Я каждый год насчет вас планы строю,

Я вас люблю и этого не скрою,

Каприза просветленная моя.

Для вас я не нашел достойных фраз,

А просто звать хорошей, - так банально

Не вы, а я спешу из странствий дальних

Не замечая увлажненных глаз.

Вы просто чудо! Вы мой вещий сон.

Вы выше похвалы и совершенства.

Вы моя жизнь, раскаянье, блаженство,

Небес прозрачных колокольный звон.

Вы - все! Я опасаюсь вас порой,

Но все же жду, надеюсь, верю, жажду,

Как ждет вас, я уверен, в жизни каждый,

Склоняясь ниц седою головой.

 

НЕ УБЕРЕГ

 

В каком-то сказочном году

От суеты, забот домашних

Я вновь к тебе одной приду

Неслышным шагом лет вчерашних.

Я обойдусь без лишних слов,

Лишь у твоих замру коленей,

Я к искуплению готов

Своих грехов, своих сомнений.

Ах! Сколько пролетело лет

Как долго боль моя кричала

Ты улыбнешься мне в ответ:

Я просто их не замечала.

Здесь время незачем считать,

Оно за дальним снегопадом.

Вокруг покой и благодать,

А ты всегда со мной был рядом.

Стою ль на краешке земли,

Бреду ль дремучими лесами.

Уходят наши корабли,

И мой уже под парусами.

 

СЕНТИМЕНТАЛЬНОЕ

 

Свежесть чувств и сердечные драмы –

Все исчезло уже вдалеке.

Осень теплой ладошкою мамы

Нежно гладит меня по щеке.

Косогор над немою водою,

В синем сумраке тает река,

Я с тобою! Я снова с тобою,

Моя юность, что так далека.

ни о чем не жалею, не плачу,

Пусть великий простит за строку,

Но сказать не могу я иначе

На своем на осеннем веку.

Между жизнью и смертью – мгновенье

Все приму, никого не кляня,

Не прощание в нем - всепрощенье,

Ну, и вы все простите меня.

Мне не надо слезливой строкою

Принижать твою ясную стать.

Только осень бывает такою,

Чтобы вновь об ушедшем мечтать.

Неба замять, сердечные драмы –

Все исчезло давно вдалеке

Осень теплой ладошкою мамы

Нежно гладит меня по щеке ...

 

ЭТЮД

 

И бледный серп луны

За каменным забором,

И шелест тишины

О неизбежном, скором.

Душа полна тревог

О предстоящих стужах,

И тоненький ледок

Блестит в продрогших лужах.

Мир полон тишиной,

Прозрачный свет струится,

И сжался шар земной

Испуганною птицей.

Что нас с тобою ждет,

Какие перемены?

Забвения ли лед

Непониманья стены?

Как часто в октябре

Предчувствия тревожат,

Предзимье на дворе

И в наших душах тоже?

 

У РЕКИ

 

На душе тишина и покой.

На обрыве, на самом краю

Постою над студеной рекой,

На закате времен постою.

Я не буду гадать наперед:

Жизнь, как речка, и сколько до дна?

Не сковал ее панцирем лед,

Но зимою бессильна она!

Вот затон у высокой сосны,

Где душа так хотела любить,

Будет речка до самой весны

Свои бурные силы копить.

Оторвется она ото сна

И продолжит привольный свой путь,

А моя где осталась весна,

Чтобы полною грудью вздохнуть?

И боюсь я спросить у реки,

Что дремотно лежит меж полей,

Где ж остались мои родники,

И остались ли в жизни моей?

 

ВСЕ ИЗМЕНИЛОСЬ ...

 

Все изменилось, в декабре капель!

Распутица, она во всем постыла.

Примчался, закусив весны удила,

Нам на беду отчаянный апрель.

Зачем же вы друг другу? Не понять.

Ведь все смешалось, как у нас с тобою.

Пришла пора остыть, пора принять

Все то, что предназначено судьбою.

Всему свой срок, предел и свой черед,

Но отступать не хочется без боя.

Надежда спотыкаяся бредет

И сердцу не дает никак покоя.

Она чуть уловима, чуть слышна,

Как в клетке лет беспомощная птица.

Коль грешен мир, то и любовь грешна,

Когда апрель в декабрь наш стучится.

И шепчут губы: господи, спаси,

От суеты людской и от дозора!

Последние святые на Руси

Уходят, не потупив даже взора ...

 

Л. Чащиной

 

 

НОВОГОДНЕЕ ПОЖЕЛАНИЕ

 

Дорогие подруги заоблачных грез!

Видит Бог, что я трепетно с вами дружу.

Я привет новогодний сегодня принес,

И цветами к ногам вам его возложу.

Пусть чудесным ковром возлежит он у ног,

А снегурочка встретит вас всех у крыльца.

И пусть каждый подаренный мною цветок

Ваши души согреет и ваши сердца.

Пусть минуют вас тяготы разных забот,

Все ненастья, как тучи, растают вдали.

И пускай в этот праздник чудес - Новый год

В ваших душах затеплится лучик любви!

 

ПОЗДНЯЯ ВЕСНА

 

Весна заколобродила в груди

Огнем зеленым вспыхнув по кустам,

Как заговор мне шепчет: поброди

По всем тебе так памятным местам.

Вернись туда, откуда ты ушел,

Ведь ты ж еще в желаньях не остыл?

Где было так светло и хорошо,

Где ты любил и, где любимым был.

Я на нее растерянно гляжу:

Ну, что сказать проказнице в ответ?

Что сил в себе уже не нахожу

И что искать желанья тоже нет.

Что мой огонь давно уже угас,

Что все пути закрыты глыбой лет,

Что без ее навек любимых глаз

Мне возвращаться просто смысла нет.

 

МОИМ ПОДРУЖКАМ

 

Мои подружки постаревшие,

Ну, как живется вам сейчас?

Куда умчались годы вешние,

Откуда столь морщин у глаз?

Необъяснимо то науками

Да и не нужен вам ответ

Окружены давно вы внуками

И лучше окруженья нет!

Теперь зовут вас лишь по отчеству:

Петровна, мол, иди сюда,

А ведь порой, сознайтесь, хочется,

Как ношу, сбросить с плеч года!

Забыть болячки, хворь осеннюю,

Всех понимать, всех ублажать,

И под черемуху весеннюю

С тем, кто любим был, убежать!

Вернуть хотя б одно мгновение,

Волненье жаркое в груди,

Любовь, разлуку и сомнения:

А что там будет впереди?

Да встретить зорьки сенокосные,

Умыться росною водой.

Куда там! Сыновья уж взрослые

И рядом муж, как лунь седой.

Увы и ах! Идем мы к вечеру,

Не нужен парус кораблю.

Что ж делать? Делать в общем нечего,

Я все равно вас всех люблю!

 

ПОЩАДИ

 

Пусть секут землю злые дожди,

И забвенья трава у креста.

Пощади ее Бог, пощади,

Запоздалые шепчут уста.

Никого и ни в чем не виня,

Я тоску пеленаю в груди

И шепчу в мраке черного дня:

Пощади ее, Бог, пощади.

Задыхаяся в душной ночи

Я свой крест продолжаю нести,

Ощущая, как сердце кричит:

Ты прости ее, Бог, ты прости!

Только ты видишь явственно суть,

Только ты нас ведешь по судьбе,

Ты ее мне не можешь вернуть

Так прими ж ее, Боже, к себе!

 

МАМЕ

 

Слышишь, мама, серебряный вечер

Незаметно ступил на порог.

Сколь с тобой нам осталось до встречи

Знает только, наверное, Бог.

Мне бывает порой одиноко,

Все заботы-зевоты, дела,

Но я знаю, звездою высокой

Ты по жизни меня провела.

Берегла, охраняла, любила,

Незаметное счастье мое,

Понял я - материнская сила

Пересилит и небытие.

Время годы небрежно листает,

Загибая листы за края.

Все равно мне тебя не хватает

Мама, светлая мамка моя!

Никому не минуть этой драмы,

Но в одно твердо верую я:

Никогда не умрут наши мамы

Пока помнят о них сыновья.

 

ДЕКАБРЬ

 

Декабрь, как дикарь,

Помпезен и суров

Заката киноварь

И невозможность снов.

А ночью, ночью он

Являл нам чудеса,

Как колокольный звон,

Звучали небеса.

Морозный воздух сух,

Я пью его до дна

Казалось мне, что в слух

Земля обращена.

Скрип снега под ногой,

Дыхания парок.

И ты была такой,

Что молвить я не мог.

Вдруг, словом невпопад

Надежду погублю,

Но все равно мой взгляд

Кричал: люблю, люблю!

В торжественной ночи

В далеком декабре

Две тонкие свечи

На грешном алтаре ...

 

НАД «ПАРИЖЕМ»

 

Между небом и землею

Только двое - я и ты,

Мы стоим одни с тобою,

Убежав от суеты.

Без оглядки и причины,

Под шумок и пробок гром,

Пусть пируют половины

Наши дружно за столом.

А увидят - не осудят,

Не возьмутся нас судить

Мы же вас не судим, люди,

Так за что вам нас судить?

Никого сейчас не надо,

Пересилен стыд и страх.

Жизнь - чугунная ограда

Вся в засовах и замках.

Пять секунд нам, чтоб вернуться

В пьяный сигаретный дым,

Но успел я прикоснуться

К светлым локонам твоим.

И стоим мы над «Парижем»:

Огоньков далеких дрожь,

А с балкона - звезды ближе

Хоть чуть-чуть, но ближе все ж ...

 

БЕЗЛЮДНО СТАЛО ...

 

Безлюдно стало на моем дворе

Куда ж вы подевались, свет-подруги?

Под шестьдесят уже, но бес в ребре

И мне нужны капели, а не вьюги.

Не рано ли переступил порог,

Да и застыл, как вкопанный, на месте,

Да у меня нехоженых дорог

Лет на полста, а может, и на двести.

Вы не смотрите, что как лунь седой,

Зато душа ничуть не задубела,

Хоть жизнь уже не кажется игрой

И грешною тоской не стонет тело.

Зато свободен! В чувствах и мечтах.

Зато уверен на кого молиться.

И жить хочу за совесть - не за страх.

И по долгам успеть бы расплатиться.

 

МОЯ БОГИНЯ

 

И между небом и землей

Я буду смелым.

Как плуг пройдусь я над тобой,

Над телом белым.

Тебя в объятьях задушу

И, несомненно,

Я всю тебя перепашу

Благословенно.

И у блаженства на краю

Горя и стыня,

Зарою семя в плоть твою,

Моя богиня!!!

 

НА ОПУШКЕ

 

На опушке леса

Василек-повеса

Крутит головою,

Где же мы с тобою?

Ветер в кронах свищет,

Василек нас ищет,

Видно, будет что-то,

Подсмотреть охота.

Солнце светит в лица,

Где бы нам укрыться?

Где найти то место,

Где любовь-невеста.

Нимб над головою

Стала мне женою.

Эх, скорей бы ночка!

Мир глазлив - и точка!

 

ЛЕТО КРАСНОЕ

 

Лето красное, красное,

Молодое, озонное.

В небе солнышко ясное,

В чаще озеро сонное.

Я с девчонкой-проказницей

Повстречался нечаянно.

А какая мне разница?

Лишь была бы отчаянной.

Руки на плечи бросила,

До зари обнималася,

Целовалась бы досыта,

Да голодной осталася.

А пришло расставание

В эти сумраки вешние

То совпало желание

Наше самое грешное.

Травы мяли неистово

Стоны в небо бездонное,

А любовь была быстрая

Как-то лето озонное.

 

СТАРОСТЬ

 

Да знал бы я об этом раньше кабы,

Что истины конечные горьки,

С годами так черствеют наши бабы,

Что их уже не любят мужики.

У ходят дети, дым забвенья вьется,

Отцовский дом покинув навсегда,

И как-то по инерции живется,

И жизнь меж пальцев льется, как вода.

Не правы мы уже своим рожденьем,

И то не так, и это - поперек,

И быть перестаем мы поколеньем,

И сука-старость ластится у ног.

 

ТА ЗИМА

 

Колючий сумрак, за окном туман

И воздух серебрится от мороза

Мне каждый вздох, как бытию угроза,

Мне каждый взгляд, как горестный обман.

Засть-то все. Судьбы замкнулся круг.

И радость, и печаль, и боль сомнений.

Лишь кот свернулся у моих коленей,

Почуяв приближенье злобных вьюг.

А я? А я - лучину затеплю,

Возьму перо, бумагу, сигарету

И строки напишу про зиму эту,

Которую не жду и не терплю.

Которая сугробы намела

Незваною явившись нашим летом,

Которая все разом отняла

В такую же вот ночь, перед рассветом ...

 

МОЛЧАНИЕ

 

Порой так хочется молчать,

Чтоб онемели даже звуки

И лишь заломленные руки

Немой тоской могли кричать.

О чем кричать? Да хоть о чем:

О том, что жить порою стыдно,

О том, что продыха не видно

И каждый, вроде, не причем.

Отчаянью не надо слов,

Оно исходностью понятно,

Как в жилах стынущая кровь,

Как шаг к окошку и обратно.

Как ощущенье пустоты,

Когда друзей своих теряю,

Когда уходишь просто ты,

А я твою дорогу знаю.

 

РОДНИК

 

Ах, какая вода

У того родника!

В ней лавин холода,

В ней смешались века.

Серебристый поток

За таежной грядой,

Выпью только глоток,

И опять молодой.

И опять свежесть трав,

Неба тайная высь.

И обратно я прав,

Одинокий, как рысь!

И опять манит вдаль,

А не в тихий мой дом,

И нисколько не жаль,

Что идти напролом.

Докручу свой волчок

До багряной зари,

Бьется мой родничок

Вместе с пульсом земли!

 

Г. Н.

 

 

МОТОЦИКЛ

 

Ах, какой был мотоцикл,

Как на нем я гарцевал!

На меня сосед мой «шикал»,

Говорил: да, ты нахал!

Ну, а я нахалом не был

И не хвастался ездой

Просто газ крутил - и в небо,

Потому что молодой.

Может быть, излишне прыткий,

Позабросив все дела,

Пролетал мимо калитки,

Где любимая жила.

Я о ней мечтал все ночи,

Без нее был свет не мил.

До сих пор жалею очень,

Что ее не прокатил ...

 

Ф. Манерову

 

 

СТАРИКАМ

 

Ну что? Поизносились каблуки?

Слизала до подошвы их земля.

Нас в молодости звали «старики»,

Гулявших до последнего рубля.

Как женщин мы любили, о-го-го!

То вверх летели, то свечою вниз.

Один за всех и все за одного!

Таким был мушкетерский наш девиз.

От жен мы отбивалися, от рук

Не жизнь была, а бесконечный бал.

И мудро за столом сидел Фарук

И по глазам желания читал.

Умища было - некуда девать

И дури тоже было через край.

Нам птицу счастья удалось поймать,

И вечным представлялся этот рай.

Все нипочем нам было молодым,

Казалось, вечно жить нам суждено.

Но стелет над землей забвенья дым

И осень машет веткою в окно.

И многое теперь не по плечу,

И многие на дальнем берегу.

Еще бы мог взлететь, но не хочу,

Еще б хотел любить, но не могу ...

 

ЗА КАНАВОЙ

 

За канавой дорога

За дорогой кювет

Как живешь, недотрога,

Без меня столько лет!

Что умеешь, что можешь,

Кто сейчас бьет поклон?

Чье ты сердце тревожишь,

Как мое, взяв в полон?

Я же в дальней сторонке

И за ширью полей

Все грущу о девчонке,

Что не стала моей.

Мне ничуть не обидно

Так уж вышло у нас

Не заметила, видно,

Моих любящих глаз.

Было весело слишком,

А тебе я на кой?

И остался мальчишка

Со своею мечтой.

Повзрослел, пообжился,

Знал беду и успех,

Быт семейный сложился,

Вроде все, как у всех.

Но себя замыкаю

На замок, на крючок,

О тебе лишь мечтаю,

Мой живой родничок.

То ль судьба, то ли случай

Испытал нас сполна,

Ну, а может, так лучше?

Ведь Мечта - не жена!

 

НЕ ГОВОРИ

 

Не говори мне ни о чем,

Зачем теперь сорить словами,

О том, что было между нами

И что разрушено мечом.

Пред расставаньем навсегда

Достойно лишь одно молчанье,

В нем нашей жизни оправданье

И в нем свидетели-года.

За шелухой потертых слов

Другое видится начало,

Ты, знаешь, лучше б помолчала,

Его я выслушать готов.

 

ДЕНЬ В ЛУКОШКЕ

 

День в лукошке, свет в окошке,

И снежинок маета

Помолчим с тобой немножко,

Я - не тот и ты - не та.

За горами, за долами

Исчезает жизни след,

Что осталось между нами,

Где закат и где рассвет?

Лишь душевную усталость

Испытать нам довелось,

В жизни все перемешалось,

Тесно все переплелось.

Где друзья и где подруги,

Где бессмертная душа?

Белый саван нашей вьюги

Небо кроет не спеша.

 

ОДИНОЧЕСТВО

 

Ну что, моя печаль,

Что так болит твой взгляд?

Умчалось счастье вдаль,

Никто не виноват.

Кладбищенский покой.

И стынет в жилах кровь

Прошли сами собой

И счастье и любовь.

Да нет, в наличье муж

Вон спит, не сняв носки,

Среди домашних стуж

Завыть бы от тоски.

Постыло все кругом

И замирает дух,

И стал тюрьмою дом

Для нелюбящих двух.

И нет уж больше сил,

И иней в волосах,

А принц давно уплыл

На рваных парусах.

***

Опрокинусь ночью в небо

Подо мною Млечный путь

Где я? Кто я? Был иль не был?

Что так сладко щемит грудь?

Где пределы у сознанья,

Как попасть мне за края

В ощущенья мирозданья

Иль в мгновенья бытия.

Ночь стоит у изголовья,

В неге дремлет даль полей.

Это только предисловье

Вечной сущности моей.

 

А ПОУТРУ

 

А поутру они проснулись.

День был прозрачный, как слеза,

Зевнули, сладко потянулись,

Глаза - в припухшие глаза.

И ничего не понимая,

Коснулся он ее рукой

И прошептал: ты кто такая?

Она в ответ: ты кто такой?

Я Саша, ну а я Елена,

Я замужем, и я женат,

То ль в эту жизнь вошла измена,

То ль жизнь в нее.

Кто виноват?

 

ЛИВЕНЬ!

 

Вот это да!

Вот это небыль!

Руками обхватив полнеба,

Закрыв собою горизонт,

Шагала туча.

Что твой зонт?!

Когда грохочет небо адски.

Да! Будет дождь не ленинградский

Все смоет свежею волной!

Оставь свой зонт

Он не поможет,

Когда нас небо заворожит

Искристой падая стеной!

Вот так порой и между нами

Горой прокатится цунами

И разнесет по сторонам.

Вздохнем сначала облегченно

Ну а потом вновь обреченно

Гребем друг к другу по волнам.

 

ВОТ ОЗЕРО МОЕ

 

Вот озеро мое - души привет,

Навечно мы повязаны с тобою.

Сюда я на рассвете много лет

Спешу лишь мне известною тропою.

От праздных глаз зеленою стеной

Ты в таинстве волшебном затаилось

И я не повстречался бы с тобой

Но ты само во сне ко мне явилось.

Уйди от суеты, вражды, забот,

Твоя волна мне тихо нашептала.

И я шагнул за этот поворот,

Чтоб попытаться все начать сначала.

Здесь отмякает от обид душа,

Здесь явственнее проступают лица,

Здесь под водой у кромки камыша

Карась своей кольчугой золотится.

Здесь пахнет медоносною травой,

Здесь птицы торжествуют в вечном лете.

Такая свежесть! И такой покой!

Каких не может просто быть на свете.

Коснусь рукою ласковой воды

Желанье загадав под самый вечер,

И ты, переступив порог беды,

Аленушкой спешишь ко мне навстречу.

 

УРА! ЗИМА!

 

Ура! Зима! Наутро снега

Поверх калитки намело,

Куда ни глянь - белым-бело,

И все готово для побега.

На ослепительный простор

Я вырвусь из осенней лени,

Деревья в белоснежной пене,

И шапки новые у гор.

Чего ж ликует так душа?

А просто в радость перемены,

Когда до горизонта стены

Падут, обыденность круша.

Горит румянец на щеке,

Ты, как снегурочка одета,

Воспоминаниями лета

Рябины гроздь в твоей руке.

 

ЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА

 

А он вошел - и все, ты умерла,

Затрепетала, зорькой заалела,

Глаза в распашку, тело онемело,

Застыла, где стояла, - ну дела ...

Влюбилась! Но ведь так не может быть,

Ведь не девчонка, чтоб читать морали,

А может, мы друг друга век искали,

Чтоб вопреки всему и всем любить!

Ведь чувствовала, знала: он придет

И в нужный срок - не рано и не поздно,

И будут нам на плечи сыпать звезды,

И радостный затеют хоровод.

Какой же он! Красивый и большой,

Подтянутый, пружинистый, высокий,

Наверное, такой же одинокий

И с тонкою непонятой душой.

А я? А я отдам себя ему

Пусть не сейчас, но верю, это будет

И пусть весь мир за то меня осудит:

Согрею, приласкаю и приму.

Под тихий вечер мы пойдем домой

Вдвоем. Все остальное мимо, мимо.

Какой в том грех, что очень я любима,

Какой в том стыд, что он любимый мой?

А он победно ей взглянул в глаза,

Все уловил и, улыбнувшись тонко,

Так про себя подумал, не сказал:

Смазливая попалася бабенка!

 

ШКОЛЬНОЕ

 

Отшумело лето,

Наступила осень,

Под неярким светом

Тихо дремлет озимь.

Солнца робкий лучик

Вдруг земли коснется,

Но уйдет за тучи,

Тучами сомнется.

Ветер в злобной страсти

Хлопает калиткой,

И ползет ненастье

Серою улиткой.

Школьное окошко,

Дом, где я родился,

Я в тебя немножко

Осенью влюбился.

О тебе мечтаю

Часто до рассвета,

Сам пока не знаю,

А любовь ли это?

Не весной, не летом,

А сейчас, а ныне

Над твоим беретом

Нимб осенней стыни.

 

НЕ ГЛЯЖУ НА ТЕБЯ

 

Не гляжу на тебя, очень больно смотреть,

Обхожу стороной, чтоб душой не болеть,

Чтоб никто не посмел слов дурных говорить,

Чтоб себя самого не стыдить, не корить.

Боже мой! Ну зачем эта сладкая месть

Знать, что ты где-то рядом, ты дышишь, ты есть

Почему же с тобою я быть не могу?

Пожелать бы такую любовь да врагу!

Все куда-то спешу, все куда-то лечу

В забытье твое имя молитвой шепчу

И живу, не живу средь надежд и тревог

Падший ангел, смиренно склонившись у ног.

Отчего же я раньше тебя не встречал,

Почему не искал, на весь мир не кричал,

Не скакал на коне за чужие края,

Чтоб тебя отыскать не моя ты моя?

Иногда, оторвавшись от тяжкого сна,

Вижу я, ты приходишь ко мне, как весна,

Но пойму, эта боль мне на веки дана,

Ничего не изменишь - ты друга жена.

 

ЗИМНИЙ ВЕЧЕР

 

И не вскрика, ни скрипа в ответ,

Даже чуткое эхо уснуло.

День к закату исходит сутуло.

Белый свет, белый снег, белый след ...

 

АПРЕЛЬ СДУРЕЛ!

 

Апрель сдурел! Сошел с ума, запил!

Заколобродил, душу нараспашку

Порвал гуляка снежную рубашку,

Которую не к месту нацепил.

То солнце между туч, то мокрый снег,

То холод, то буран, то все смешалось.

Толь что-то там, на небесах сломалось?

То ли взрослеть не хочет новый век?

Им шуточки, им смех, им чехарда,

Дурачат нас отчаянным приколом,

А за окном стоят деревья колом

И зябко к трубам жмутся города.

Ну и весна! Видать ее в гробу!

Всех довела уже до крайней точки,

Но все равно. Беременные почки

Поправят и погоду и судьбу.

 

НАШИМ ЖЕНЩИНАМ

 

Пройдут еще дожди косые,

И руки распахнет рассвет

Нет лучше женщин, чем в России,

И красивее тоже нет!

Зачем нам жгучие испанки,

Когда кипит весна в крови?

Когда на вечный зов тальянки

Спешишь ты в пламени любви!

Ну а вокруг раздолья наши:

Колки берез и тополей,

И нет тебя на свете краше,

И нет желанней, и родней!

Повесит месяц коромысло,

Замрет земля без снов и слов ...

Ни жизни нет без вас, ни смысла

Для нас, несносных мужиков!

 

МОЛЧИ

 

Молчи, моя любимая, молчи.

К чему слова, коль сквозь слезу смеешься.

Я знаю, что ты думаешь в ночи,

Когда сама с собою остаешься.

Когда уходит день в небытие,

Крадется сонм раздумий осторожных,

И в снах ты забываешься тревожных.

Быть может, в них спасение мое?

 

ХОККУ

 

Луна на протяжении руки - возьми ее,

Но сил нет шевельнуться,

Как хорошо!

 

Любимая! Я помню о тебе!

Но обо мне ты ничего не знаешь.

О, святость наших чувств!

 

В саду беседка.

Камень у ручья.

Мир вечен.

 

Спешим, спешим,

А на вопрос: куда –

Ответ не знаем.

 

Япония моя! Ты, как роса,

Что на листе сакуры

Задремала.

 

Встал рано утром, поглядел в окно:

Там все, как прежде.

Почему-то грустно.

 

Снежинка на ладони,

Словно мысль,

Что ускользает.

 

Нас тишина пьянит,

Как поцелуй,

Не правда, ли?

 

От ветки тополя

Идет щемящий дух.

Я плачу.

 

МАНЯ

 

Маня здорово косила,

Только слышишь: вжиг, да вжиг,

А снопы она носила –

Надсадился бы мужик.

Что не сноп, то в три обхвата,

Да еще коса в руке

Ей смешно, я ль виновата,

Что росла на молоке?

А уж коли шла без груза,

И немые заблажат:

Две груди, как два арбуза,

В потном ситчике лежат.

Бригадир ей не перечил,

Звал царицею полей.

Я же знал, наступит вечер,

Ох, накосимся мы с ней!

 

ТОПОЛЬ

 

Срубили тополь, нет, убили!

Лишив и кроны, и корней,

Его на землю повалили

Среди кустарников и пней.

Потом бесчувственное тело

Пустили тут же на разбор,

И принялась пила за дело,

По веткам зашумел топор.

В чем был мой тополь виноватым?

В том, что был зелен и могуч?

В том, что с любимою когда-то

Под ним я прятался от туч?

Бездушия закон свершился,

И листьев не услышан плач.

И целый день над ним глумился

Цивилизованный палач.

А мне все виделось, все снилось,

Все вспоминалось до утра,

Как кровь зеленая струилась

Из-под лихого топора.

 

А ПОМНИШЬ!

 

А помнишь, как утром морозным

Недвижим покой тополей,

Когда уже выткались звезды

На пологе синих полей.

И в дымке еще предрассветной,

Заняв полчаса у пурги,

Иду я тропой чуть заметной,

Твои повторяя шаги.

Вот ставень в обнимку с окошком,

Над хаткой труба не дымит,

И свежею пахнет морошкой,

И эхо пока еще спит.

И с холода принявши стопку,

Как в нашей Сибири - до дна,

Скатилась за дальнюю сопку

Уставшая за ночь луна.

А ты разметалась в постели,

Где грезятся вешние сны.

Уже прогоняешь метели

Зеленою веткой весны.

 

НЕ ВЫШЛА

 

Домик на пригорке,

Лампы свет туманит,

Холода иголки

Щеки мне румянят.

Взад-вперед шагаю

Неужель не видишь?

Выйдешь ли, не знаю,

А скорей, не выйдешь.

Вольная, как птица,

Взгляды, как уколы,

Гордая царица

Нашей первой школы.

Все равно на свете

Нет тебя дороже

Двое: я и ветер

Бродим, ну так что же ...

Никуда не деться,

В инее карнизы,

Бьется мое сердце

Для тебя, капризы.

Намечтать, что вышла

На краю рассвета?

Только жизнь не дышло,

И неправда это!

 

С КЕМ ТЫ?

 

Мучаюсь, но справедливости внемлю,

Свой продолжая напрасный побег,

В ночь на Покров покрывает всю землю

Мягким ожогом серебряный снег.

Чувство мое никогда не растает,

Рвется из горла вопрос потому:

Кто же тебя в эту ночь покрывает?

Я ли в мечтах или он наяву?

 

Я ВЕРНУСЬ

 

Что сказать мне тебе, дорогой человек?

Иль пусть скажет за нас полувзгляд, полувздох?

Завершается день. Завершается век.

Бьют куранты звеняще на грани эпох!

Одиноко бреду, посох времени взяв,

Я давно позабыл, где очаг мой и дом.

Оглянулся назад, то ли сон, то ли явь?

Взор вперед устремил: повороты кругом.

Сколь друзей поотстало на этом пути,

Потому что дорога свернула в кольцо.

К ним ли мне повернуть, или дальше идти

Под колючие ветры подставив лицо?

Я сегодня надеждой особой не тщусь,

Затупился мой меч, заржавело копье,

Но когда-нибудь все же к тебе я вернусь

И согрею озябшее сердце твое ...

 

ВСТРЕЧА

 

Так ждут поезда, самолеты отчаянно ждут,

Волнуясь всем сердцем, на рельсы глядят или в небо

И сердцебиением стрелки-секунды ведут,

Дробя на мгновения быть, а быть может, и не быть.

Да полноте вам волноваться! Вот поезд стучит

На стыках колесами, и суета на перроне,

И шар огибая, железная птица летит,

А значит, примчат к вам любимых горячие кони.

Все будет, я знаю, у вас: и в охапках цветы,

И море улыбок, и слезы, и ласковый вечер

Все будет у вас! Только жаль, не появишься ты

Ни в том ошалелом, ни в нынешнем веке для встречи

И все же, как прежде, упрямо бреду на перрон

В напрасном смятенье: а вдруг это чудо случится?

Быть может, во сне мне улыбка любимой приснится.

Восьмое окошко, десятый плацкартный вагон ...

 

IV. СВЕТОТЕНИ

 

 

(1998-2004)

 

 

СВЕТОТЕНИ

 

Светотени, жизнь в полоску.

Есть вопрос, ответа нет.

Обойти б свою березку

Мне еще на 30 лет.

Многое еще не понял,

Может, вовсе не пойму,

И несутся мои кони

Без дороги, как в дыму.

Высекают кони искры,

Да напрасен их потуг.

Не добраться мне до истин

И не вырваться за круг.

Эй, погонщик, что за дело!

Поворачивай домой.

Время-пуля просвистело

Над твоею головой.

Чуешь, сердце реже бьется,

И коней уже загнал.

Время плачет и смеется

И чертей зовет на бал.

Прибегут охотно черти,

Ну, а ты-то о святом

От рожденья и до смерти

Жизнь «Гоморра и Содом»!

 

ОСИННИКАМ

 

 

П. Дочеву

 

Мне не надо заморских красот и чудес,

Если пахнут антоновкой небо и снег,

Ласка-речка журчит, тополя до небес,

И тропинка из детства и в нынешний век.

У неброской природы - своя красота,

Что ни взором, а сердцем лишь можно понять,

Есть у каждого в жизни любовь и мечта,

А любовь и мечту никому не отнять!

Я до боли к тебе прикипел всей душой,

Босоногим мальчонкой встречал здесь рассвет.

На ладони земли городок небольшой,

Но дороже его ничего в мире нет!

Пусть зовут нас порою чужие края,

Все понятно: планета - огромный музей,

Но здесь корни мои, и здесь мама моя,

И могилы до срока ушедших друзей.

Я здесь сам по себе, на своей стороне,

Я здесь просто живу, не считая года.

Если этого нет, то скажите же мне,

Что такое отчизна, и есть ли она?!

Нам не нужно красивых и выспренних фраз

Протрубить, прокричать, а за этим забыть.

Лучше помнить отцов молчаливый наказ

Поддержать, уберечь, сохранить. И любить.

Я хотел бы тебя, словно брата, обнять,

Ни единой строкой пред тобой не грешу.

Если только позволишь такое сказать,

Твоей болью живу, твоей верой дышу ...

 

ХХ ВЕК

 

Я в чудеса давно уже не верю,

Наощупь пробиваясь сквозь туман,

И шлю вослед проклятье веку-зверю,

И не могу опомниться от ран.

Своих, чужих, да разве это важно?

Молю о том, склонившись до земли,

Чтобы отпал мой страх крестом бумажным

И губы речи дар приобрели.

Хочу дожить до нового рассвета,

Где б день был полон радостных забот,

Чтоб пролетела светлая комета

И озарила человечий род.

И чтоб планета возродилась снова,

Забыв о страшном прошлом навсегда.

И чтоб владыкой мира стало Слово,

А мы б не знали ратного труда.

 

СЧАСТЛИВОЕ ДЕТСТВО

 

Стол меж яблонь, чай горячий,

В вазочке варенье,

у меня день славно начат,

Как стихотворенье!

Соберу слова я горстью

И наотмашь брошу

Ни с досады, ни со злостью,

Просто день хороший.

Просто утро в свежих красках

Счастье мне пророчит,

Просто жизнь моя, как сказка,

Нравится мне очень.

Просто змей мой легкий, резвый

В облаках летает,

Просто папка тихий, трезвый

Мамку не ругает!

***

Я уже забыл свою улыбку,

Как легко бывает на душе.

Злобный ветер тянет свою скрипку,

Тускло и уныло в гараже.

Для чего сидим? Воняет водкой,

Пить противно, а не пить - тоска.

Жизнь такою пошлой и короткой

Просвистела пулей у виска.

Не убила, но и не жалела,

Все толкала в омут головой.

И какие песни мама пела

Я уже не помню, хрен седой.

Помню только мостик наш горбатый,

Помню шаг последний за порог.

Может, сам я в этом виноватый,

Что не встал ни разу поперек?

Но обиды помню и обманы

Всех, кто сапогами шел, круша,

И не зарастают мои раны,

И не успокоится душа.

Все к чему-то тянется и рвется

Из последних сил, последних жил.

Сердце заколотится, забьется

И замрет. Как будто и не жил.

 

БЕССИЛИЕ

 

Немеем от бессилья пред судьбою,

Морщинки собирая на лице,

И утро настает, как с перепою,

Как нищая старуха на крыльце.

А может быть, по жизни так и надо,

И так для нас придумали века,

Чтобы Дамоклов меч всегда был рядом,

А нить его - незрима и тонка.

 

НЕ РУГАЙТЕ МЕНТОВ

 

Не ругайте ментов, им и так нелегко,

Посылают их все далеко-далеко

Ты, мол, взяточник, вор и такой же бандит,

А у честного сердце ночами болит.

Честных больше средь вас, чем продажных б ...

Кто на бабки давно разменяли тодей,

Но ведь судят по мрази в погонах, увы,

А не все таковы! Нет, не все таковы!

Кто на пулю бандитскую шел во весь рост?

Кто в Чечне погибал, но не бросил свой пост?

Кто тебя выручал, и меня выручал

И от боли, в бинтах, лишь стонал.

Не кричал. Жив Шарапов!

И в МУРе опять есть Жеглов,

Что не лезут во власть и не пачкают слов,

А тяжелую службу как прежде несут,

А взамен им - мат злобный, неправедный суд.

Это с ними, не с нами, в объятиях смерть,

Над могилой салюты да трубная медь,

Государство о них позабыло давно,

Потому что само воровское оно!

И ютится, как бомж, боевой офицер,

И глумится над ним то ли мэр, то ли хер

Не понятно вообще, как же можно так жить?

Но они продолжают России служить.

Так не надо их с грязью бесстыже мешать,

Дайте им полной грудью свободно дышать,

Потому что пока они живы и есть

Никому не стоптать милицейскую честь!

 

В ГУЛКУЮ НОЧЬ

 

В гулкую ночь осеннюю

Осуществлю мечту,

Стану читать Есенина,

Блока всего прочту.

И до рассветной просини

Буду пред ними ниц.

Мягкая поступь осени

В шелесте их страниц.

Знаю, тропинка узкая

Вас по судьбе вела,

Душенька, чтобы русская,

Да не больной была?

Чтобы совсем не маялась,

Не разбивалась в кровь,

Чтобы потом не каялась

И не грешила вновь?

Ах, как горохом сыпались

Пуговицы с ворота,

Чтобы начать все сызнова

Да по пятам Христа!

С тратами да растратами

Душу, вложивши в стих,

Чтобы предстать распятыми

В строках своих святых.

В гулкую ночь осеннюю

Осуществлю мечту,

Стану читать Есенина,

Блока всего прочту.

 

ГДЕ ВЫ?

 

Где вы, юные созданья

Легкий шаг, невинный взор,

Свежести очарованье,

Губ чарующий узор.

Чистые глаза и лица

Совершенства торжество,

Чтоб хотелося молиться

Нам на ваше божество.

Чтоб до самого рассвета

Млея, провожать домой

Рот слюнявый, сигарета

Да тяжелый дух пивной.

Это вы! Не узнаете

Современный ваш портрет?

Ах, «принцессы», как живете

Вы в расцвете юных лет?

Все вам кажется, что круто

Вы несетесь, дни гоня,

Но уже минуло утро,

Вечер наступил без дня.

Связь времен давно распалась,

Там обрыв, а здесь стена.

В двадцать - пошлость,

В тридцать - старость

Жизнь прошла.

Была ль она?

 

ЦАРЕВНА-ЛЯГУШКА

 

На меня лягушка

Вылупит глаза,

Я б тебе, подружка,

Правду рассказал,

Что удел твой древний,

По твоей судьбе

Никогда царевной

Не бывать тебе.

Ты в болотной хмури,

И таков твой рок

Мало ль, что по дури

Тятька-царь изрек.

Ну, стрелу поймала,

Ну, загнула бровь.

В жизни это мало,

Это - не любовь.

Ты венец не меряй,

Знай закон вещей,

Люди - тоже звери,

Злее, чем Кощей.

Вяжет несвобода,

Как вонючий клей,

В шкуре ты три года,

Я ж - по жизни в ней.

Не сорвать, не скинуть,

Не спалить в сердцах,

Гнем со скрипом спины

Даже во дворцах.

Ну а на болоте

Ни цепей, ни рам,

То себе берете,

Что по сердцу вам.

Так не строй мне глазки

И не кличь беду,

Оставайся в сказке –

Я туда приду.

 

ЯКОРЬ

 

Не играю с жизнью в прятки

Это ей не по нутру.

То вопросы, то загадки,

То щетина поутру.

День, как рваная галоша,

Ночь - скрипучая кровать,

И года мои, как ноша,

Что ни сбросить, ни поднять.

Опущу устало руки,

Силы нет идти домой,

Хорошо, что рядом внуки –

Этот крепкий якорь мой!

 

«ПОЭТАМ»

 

Хороши ли они иль плохи,

Несмотря на любую молву

Тех, кто тоннами пишет «стихи»

Я поэтами не назову.

Искушенья бывают, но все ж

Стихоплетам пора бы понять:

Понапрасну ты слово не трожь

И на рифмы пустые не трать!

Пустословьем от многих разит,

А к тому же есть песенный «стих»,

Если мысль по бумаге скользит,

То бумага лишь в кляксах твоих.

Каждый хочет оставить свой след,

Я ж, поверьте, совсем не спешу.

Может быть, небольшой я поэт,

Но пишу лишь о том, чем дышу.

 

А. Тулееву

 

 

БЕЛАЯ АКАЦИЯ

 

Ах, как торопится время незримое!

Вечно в движении, вечно в пути.

Добрые люди да песня любимая –

С ними по жизни нам дальше идти.

Знаем, сбылось и свершилось пророчество:

Мама давно нагадала, любя,

Что не коснется тебя одиночество,

Ты для людей, а они для тебя.

Думы, былое, ничто не забудется

Планы, надежды, достанет ли сил?

Все верим мы - обязательно сбудется,

Только б Господь вас берег и хранил.

Май - пробужденье в аллеях неистовал,

Словно вернулась к нам юность сама.

Пусть же акации гроздья душистые

Так же, как прежде, нас сводят с ума!

 

ОДА КОЛБЕ

 

Как живут без тебя,

Я не знаю, колба!

Средь суровой зимы

О тебе я мечтал.

Ногти рвал, разгребая

Поджаренный наст,

Натыкаясь на землю

Без чудо-травы!

Запах памяти, той,

Что дурманит висок,

Аромат прошлых лет

Ощущаю во рту

И на солнце смотрю,

Не жалея глаза,

Ожидая его

Животворных лучей!

Чу! Прогалины! Значит,

Пробил ее час.

Где-то там, в глубине,

Оживает росток,

Расправляются плечи

И движется кровь,

И с колен поднимается

Чудо-трава!..

Эта сила колбе

От природы дана.

Ничего не удержит

Летящий побег,

Разойдется земля,

Распахнется простор.

И ладони зеленые

Тянутся вверх!

Мы придем за тобой,

Унесем тебя в дом,

В одночасье поняв:

Продолжается жизнь!

Ни к чему нам кокос,

Ешьте вы ананас,

Коль в руке у меня

Животворный пучок.

Так что славься, колба!

Так что вечно живи!

Так что радуй людей

Естеством бытия!

Не капель торопит,

Не косяк журавлей,

Коль проснулась колба,

То с весной вас, друзья!

 

ПОСЛЕ

 

«Морожено» на щепочке,

Тележки с газводой,

Вельветочка да кепочка –

Тогдашний облик мой.

Побиты пальцы чикою,

И в зоску я мастак,

От матери заныкаю

Свой выигранный пятак.

Футбол изодран в тряпочки,

Гоняем год подряд,

А на базаре тапочки

Брезентовые в ряд!

А на базаре лебеди,

Русалки на стене.

Понятно, мы же не были

На страшной той войне.

Чего и как досталося,

Нам было не понять,

И сколько их осталося

Войну погнавших вспять.

Но в памяти нетленные,

Застывшие в веках:

Отцы послевоенные

Нас держат на руках!

 

ТИШИНА

 

Тишина за околицей.

Тишина.

Пыль лежит на дорогах.

Тишина.

Показалася точка

Вдалеке.

Бабы! Чей-то вертается

Налегке.

Ах, судьбинушка русская,

Насть, постой!

Голова, видишь, русая,

Может, твой?

А солдат уже рядом

У ключей,

Оказался чужой совсем

И ничей.

Тихим басом простуженным

У реки:

Вот скажу я вам бабоньки,

Мужики,

Полегли все под Вислою,

Ведь война.

Тишина за околицей.

Тишина.

 

В. Путину

 

 

ПЕРВАЯ ИНАУГУРАЦИЯ

 

Как он шел, наклоняясь упрямо вперед!

Будто встречный поток на ходу рассекал.

А на царском крыльце разноликий народ,

Как ему и положено, пел, ликовал.

Были б шапки - летели бы прямо в зенит,

Но ни шапок, ни чепчиков - мода не та.

Я одно лишь заметил, а слава старит,

Лоб морщинит, когда в ней одна суета!

Коридоры, ступени, оркестры, гарант,

Что пеньком возвышался, сложивши бразды.

И кровавою струйкой отсвечивал кант

У солдата-гвардейца, как призрак беды.

Торжество бытия? Суеты торжество?

Или выбор Мессии всегда справедлив?

Шел смертельно уставший, а не божество,

Полпланеты на узкие плечи взвалив.

Вот на мощном аккорде застыла струна,

Вот неспешно он тихую речь говорит,

Что ему предстоит, коль разбита страна

И Россия под сердцем осколком сидит?!

Все же хочется верить: осядет вся муть,

И растает во взоре вселенская грусть.

Хорошо, что хоть цепь не воздели на грудь,

А могла б возложить византийская Русь!!!

 

Я ПОШЕЛ

 

Рукава камуфляжа затерты до дыр,

На пригорке сидит боевой командир.

Возбужден и небрит, не понять, что на нем,

Лишь лицо полыхает багровым огнем.

Сигарета в зубах продымила уже.

Где нам с ним умирать? На каком рубеже?

Штык-ножом на прикладе выводит он круг,

Никого из ребят не осталось вокруг.

От солдат - первогодок в живых - он да я,

И смеются над нами леса и поля.

За зеленкой уже заворочался бой

Он-то пожил, а я-то - совсем молодой.

Никого в своей жизни еще не убил,

А из женщин лишь мамку родную любил.

Как не могут понять там, в далеком Кремле,

Что нельзя воевать на своей же земле!

А уж коль воевать, так на полный кулак.

Я не знаю, как надо, но только не так!

Командир говорит: я смотрел за тобой

Ты в солдатском окопе святого не строй.

Всю ж просрали страну, разтудыттвою мать,

Подбери автомат! И пошли воевать!

Я пошел ...

 

Памяти А. Стулина и всех до срока ушедших друзей

 

 

ПОКАЯНИЕ

 

Друзья уходят, не простившись,

Не взяв ни пищи, ни воды.

А мы стоим, перекрестившись,

У свежих холмиков беды.

Стоим угрюмо и упрямо,

Кто над плитой, кто у креста.

Над кем теперь забвенья яма

Сомкнет тяжелые уста?

Длинна ли, коротка дорога

До той березки иль сосны?

У знать бы истины у Бога,

Но лишь ему они ясны.

Ему лишь ведомо особо

Любой судьбы и явь, и суть.

Щепоть земли на крышке гроба.

И в горле ком. Не продохнуть.

 

ВОЕННОЕ ДЕТСТВО

 

А помнишь, крыш косых волна,

Полузапрятанных в лесах,

И, как далекая война,

Раскаты грома в небесах.

И лики скорбные старух,

И синь озерного стекла,

Да сладкий запах от краюх,

Что с лебедою мать пекла.

Бреду, купаяся в росе.

Солоновата та роса.

А почты здесь боялись все,

Но ждали, веря в чудеса.

Стоял вокруг угрюмый лес,

Светилось марево вдали.

И не случалося чудес,

А похоронки шли и шли…

 

КЛИКУШАМ

 

Пусть по былому неуместны стоны

Но, несмотря на жизни той грехи,

Поэты собирали стадионы,

А песни исполнялись на стихи.

Ну а сейчас «героев» заэкранных

Мы наблюдаем в каждой борозде,

Кордебалеты пидоров поганых

Под песенки «целуй меня везде»!

Как хочется барыгам жить «красиво»,

Державу превращать в ночной горшок,

А «Тихий Дон»? Так это ж марка пива,

«Война и мир»? - стиральный порошок!

Порядочность и честь канули в лету,

А сколько расплодилось мертвых душ!

Когда в России слова нет поэту –

То, значит, это слово у кликуш!

Светлой памяти погибших горняков шахты «Тайжина»

 

БЕРЕГИТЕ ШАХТЁРОВ!

 

Пусть каждый ведает и знает,

Испивши истину до дна,

Чужого горя не бывает,

Беда у нас на всех одна!

Она приходит к нам нежданно,

Неся терновый свой венец.

И нет теперь тебя, желанный,

Любимый муж, брат и отец.

Кого спросить и кто в ответе,

И чья тут главная вина?

Осиротели твои дети

И поседела враз жена.

Слепой стихии нет преграды,

Но светлый образ ваш храня,

Мы у кладбищенской ограды

Стоим все, головы склоня.

Не надо громких разговоров

О них, исчезнувших во мгле,

Беречь! Беречь, беречь шахтеров,

Когда они здесь, на земле!

 

ПЕСНЯ О «ПРОТАЛННКЕ»

 

Большой ты или маленький,

В душе и на года

Наш дом родной «Проталинка»

Останется всегда.

В нем за стеной наружною

Сердца к добру несли,

В нем мы семьею дружною

И жили и росли.

Когда-то вьюги злобные

Закрыли все пути,

Через снега сугробные

Дороги не найти.

Но солнца лучик аленький

Сверкнул над головой,

И теплою проталинкой

Нашли мы путь домой.

Сюда, где всех нас встретили

У самого крыльца,

Согрели и приветили

Любящие сердца.

Сюда, где дом под соснами,

Как парус корабля,

Где братьями и сестрами

Мы чувствуем себя.

Где на скамье-завалинке

Мечтали я и ты,

Для всех нас у «Проталинки»

Хватало доброты.

Ты в жизни нашей яркий след,

Ты явь ее и суть,

Так пусть всегда твой добрый свет

Нам освещает путь.

Мы вырастим, разъедемся

В другие города,

Но дом родной «Проталинку»

Запомним навсегда!

 

***

 

Почему у погоды

Испортился нрав?

Покоритель природы

Оказался неправ.

Разорил и разрушил

Посчитав, все мое!

Из Земли вынул душу

И терпенье ее.

Не осталось терпенья

В нашем общем дому,

То грядет наводненье,

То пожары в дыму.

То скандалы в квартире,

То болезни, то страх.

Неспокойствие в мире

И смятенье в умах.

Ждем какой-то кометы,

Все прогнозы - кошмар.

Сбилась ось у планеты,

Покатился наш шар.

И с тоской обреченной,

Как огромный болид,

Головой отсеченной

Во вселенной летит.

 

НА КАРТОШКЕ

 

Вдоль картошки пыльная дорога,

Солнце лупит, воду пьем да пьем,

У соседей рук рабочих много,

Ну а мы с отцом всегда вдвоем.

На коленях ей конца не видно,

Каждый кустик надо обобрать

Как порою было мне обидно:

Все домой, а нам еще копать ...

Ковырять ее уже нет мочи,

Головой нагнувшись, как баран,

И вот так до самой звездной ночи

На полях держал нас картофан.

Было ль это и на самом деле

Или все я выдумал в конец?

Я б сейчас копал ее недели

Если б рядом был живой отец.

На ботву присел бы только-только

Просто, чтобы спину разогнуть,

А отец сказал: ну что ты, Колька,

Ведь совсем осталось нам чуть-чуть!

 

БЕДА ВАМ С ЭТИМИ ПОЭТАМИ ...

 

Беда вам с этими поэтами,

Признаюсь я на склоне лет,

Все продымим мы сигаретами,

А гениальных строчек нет.

Над слогом не страдаем, маемся,

Не вдохновенье, пот ручьем

То рифмоплетством занимаемся,

То кашу слов в ступе толчем.

Давно б мы безнадежно бросили

В тщете взбираться на Парнас,

Ведь точно знаем все, что осени

Не будет Болдинской у нас!

Но одолевши все сомнения,

Мы пишем, как нам суждено.

Да, нам не взять вершины гения,

Но солнце тоже ведь одно!

 

ВАСЯ

 

У меня сосед был Вася,

И я помню до сих пор,

Обучался он три класса,

А четвертый коридор.

Вася мог спокойно спиться,

Лечь по жизни на корму.

Не дала война учиться

И ему не одному.

Тихий, скромный, благородный,

Обошел легко стакан,

Ум народный, дар природный

Был ему от Бога дан.

Сядет Вася на крылечко

После тяжкого труда,

Запоет мое сердечко

Где же ты? иди сюда!

Маня выйдет в ярком ситце,

Развеселая душа,

Вася даже прослезится

Ух, как женка хороша!

У Марии грудь горою

И довольное лицо:

Не соскучишься с тобою,

Скажет, сядет на крыльцо.

На два голоса затянут

Про любовь и про Нарым,

Поздно лягут, рано встанут,

Ничего не в тягость им.

Никого они не судят,

Не обманут, не соврут

На Руси такие люди

До сих пор еще живут!

 

КОГДА-НИБУДЬ

 

Замру на миг на повороте,

Нерукотворном и крутом,

И посмотрю, как вы живете,

Чтобы запомнить на потом.

Чтоб там могли вы мне присниться,

Где не считают больше дни,

Хочу запомнить ваши лица

Мне очень дороги они!

Хочу запомнить дом свой отчий

И разговоры ни о чем,

И наши дни, и наши ночи,

И тяжесть ноши за плечом.

И зелень первого побега,

И сердце манящую даль,

И утреннюю радость снега,

И светлой осени печаль.

Звон колокольчика на донке

И первый юношеский пыл.

Мои любимые девчонки,

Я всех вас искренне любил!

И маму пред «иконостасом»,

Отца, трех дочек и меня,

И щуканган бала катасам,

Когда бранилася родня.

Вся моя жизнь! И вы поймете,

Как мне взгрустнулось о былом,

Когда на вечном повороте

Махну рукой вам, как крылом.

 

СЕРДЦЕ

 

Что же, сердце, ты так замираешь,

Что в ладонь тебя хочется взять

Или что-то заветное знаешь,

Да не хочешь, не можешь сказать?

Мотыльками порхаем на свете

Чтобы так же внезапно сгореть

Мы чудим. Ты одно лишь в ответе

За любовь, за разлуку, за смерть.

Как порою, ты ночью стучало,

Что стонали все стены в дому,

Нет, не сердце нам жить отказало,

Это мы отказали ему.

 

ЗА КОНДОМОЙ

 

Я на велике за Кондому спешу,

Я ногами словно крыльями машу,

Катит, катит мой лихой велосипед,

И опять мне от рожденья двадцать лет!

А за Кондомою - речкой, за рекой

Трав душистых опьяняющий настой,

Здесь на сердце так легко и хорошо,

Словно Бог мне по душе босым прошел.

Изнемог я, обессилел под уздой,

А вернусь сюда - и снова молодой.

Надоели мне пророки и вожди,

Как осенние промозглые дожди.

Византийские ужимки, злая ложь,

Взгляды в спину, что вонзаются, как нож,

Грубость, хамство и чиновничий елей.

Жизнь, где ты - или диктатор, иль лакей.

Потому за речку Кондому спешу

Хоть на час, но здесь свободно я дышу

Пронесусь над полем спицами звеня,

Не пытайтесь, не догоните меня!

 

ЦВЕТЫ ЖИЗНИ

 

Подставив солнцу губы алые,

Приняв труды мои и пот,

Растут цветы, как дети малые,

Уход за ними да уход!

К тем, кто с душевною бездарностью,

Не достучусь, не докричу.

Цветы ответят благодарностью,

А люди? Лучше помолчу ...

 

ПИСЬМО СЫНУ

 

Никаких уже планов не строю,

На душе лишь холодная дрожь

Что ж случилось, сыночек, с тобою?

Отчего безобразно так пьешь?

Рос как все, был спокойный, послушный,

Для тебя не жалела я сил,

А сейчас - деревянный, бездушный,

Даже совесть, выходит, пропил?

Без вина ты, как будто без дела

Ходишь, словно запутавшись в сеть,

Может, слишком тебя я жалела?

Так кого еще было жалеть?

Каждый день с бодуна, с перепоя,

Все спешишь сообразить на троих,

Ты меня не щадишь, Бог с тобою,

Пожалей хоть детишек своих.

Посмотри, проносилось пальтишко,

А на новое деньги где взять?

Внучка звонит, дрожит голосишко:

Папка пьяный явился опять!

Вот пишу, и слеза между строчек.

Для тебя ж мои слезы - вода.

Что ж ты делаешь с нами, сыночек?

Кто тебя подменил и когда?

Мама.

 

КОНИ-ГОДЫ

 

Не гони ты лошадей, не гони,

Хоть немного отдохнут пусть они.

На рассвете мы продолжим свой путь,

Да и нам с тобой пора отдохнуть.

Мы устали, что ж сказать о конях,

Что по жизни пронеслись во весь мах,

Что с тобою привезли нас сюда,

Кони-гривы, наша жизнь и года.

Вы когда-то были так молоды,

Что на вас не находилось узды,

Все поводья норовили порвать,

Чтоб над синими овсами скакать.

Чтобы встречный ветер бил нам в лицо,

Чтоб озер голубоглазых кольцо,

Чтобы было нам с тобой хорошо,

Чтобы жизнь была полна. Что еще?

А теперь не помогает и кнут,

Застегай их - только шагом идут.

Утомились кони-годы мои.

И дорога не на версты, - на дни ...

 

МАТ

 

Нам так порой необходимы фразы,

Где бой, где кровь, где смерти бродит тень,

Где у плотин натруженные КРАЗы

Встречают разгорающийся день.

О, мат! Ты существуешь в каждой речи,

Ты был и есть, пока живет народ,

Ты то, что расправляет наши плечи

Там, где и знамя не ведет вперед!

Пусть не всегда ты нужен, но горою

Встает рубеж на дальнем берегу,

И я тебя в сознании укрою,

На самый крайний случай сберегу.

И если станет трудно, станет тяжко

И надо грудью защитить страну,

На бруствер шаг! Последняя затяжка,

И что-то святорусское загну.

 

МОИМ ЧИТАТЕЛЯМ

 

Ни слава не нужна мне, ни признанье,

А по душе - свобода и покой,

И я стихи без самолюбованья

Пишу своей неровною строкой.

Когда порой перо беру я в руки

И за главою видится глава,

Мне просто очень хочется, чтоб внуки

Прочли мои негромкие слова.

Подумали над ними, помечтали,

Как я когда-то делал это сам,

Чтоб близко к сердцу боль мою приняли,

А радость поделили пополам.

Друзья! Я четко вижу ваши лица,

Со многими мне было по пути,

И с вами мне хотелось поделиться,

До ваших душ строкой своей дойти.

Пока над нами теплятся рассветы,

А наш язык понятен и един,

Нужны России разные поэты,

А Пушкин? Он всегда у нас один!

 

ВОЙНА

 

Война! И барабаны бьют,

И в бой полки уходят смело,

И чье-то жертвенное тело

Блаженство дарит в пять минут.

В бою отважны мы и метки,

А раны? Раны - пустяки!

Золотокудрые гризетки

Нас ждут в беседках, старики!

И полковое знамя плещет,

Противника повергнув в прах.

Ура! В штыки! И враг трепещет,

Когда за нас и смерть, и страх.

На сотни лет по всей земле,

Своим предназначеньем пьяны,

Пока бессмертны Ришелье

В бои пойдут Д, Артаньяны!

 

ПЕСНЯ РЫБОЛОВА

 

Любимая река,

Ты - счастье рыбака,

И время приближается к рассвету,

Но нету чебака!

Но нету чебака!

Но нету чебака, но нету!

Течет река у ног,

Пустым висит садок,

Хоть жалобу садись пиши в газету,

Что нету чебака!

Что нету чебака!

Что нету чебака, что нету!

Идут, бегут часы.

Опущены носы.

Кто изобрел, скажи, заразу эту!

Сидим, как под ружьем,

Ответь: чего мы ждем?

Ведь нету чебака, ведь нету!

Но вот настал наш срок

И дрогнул поплавок –

Мы знаем эту точную примету.

Счастливая рука, отличная река

Кто говорил, что чебака здесь нету?

 

ЕЩЁ ВЧЕРА

 

Еще вокруг ночная тень,

Еще закрыты двери солнца,

Но сладко чую, что в оконце

Уже стучится новый день.

Спросонок, натощак курю,

Хочу по-быстрому одеться.

И встретить свежую зарю.

Спешу, спешу на речку детства.

Гремлю в прихожей котелком,

Роняю на пол удилища,

Жена ворчит: чего ты ищешь,

Мешаешь спать нам пустяком.

Дверь закрываю. Ключ в руке.

Считаю мысленно ступени

И вижу, как в взбалмошной пене,

Чебак блестит в моей реке!

 

ОТМЕНИЛИ ВОЕННЫЙ ПАРАД

 

Отменили военный парад,

Экономили, видно, бензин

До чего же мы дожили, брат,

С потребительских наших корзин!

Наша техника - наша краса

По брусчатке, как птица, неслась,

И влажнели от счастья глаза

За Отчизну, Победу, за нас.

И дыханье весь мир затаил,

И крестилась французская мать,

Чтобы русский народ победил

А иначе кому побеждать?

Кто же в этом сейчас виноват?

В чьих сердцах равнодушия мрак?

С этой техникой русский солдат

Миру под ноги бросил Рейхстаг!

По европам нас танки несли,

Наши лица серели в пыли

Мы планету от рабства спасли,

Ну а сами в нее полегли.

Этот подвиг не меркнет в веках,

Он на всех потому не делим.

Мы ж с оружьем в застывших руках,

Словно братья в могилах лежим.

Но средь самых высоких наград

Память - это бессмертье бойцов.

Отменили военный парад

Сыновья победивших отцов!

 

ЛЮДИ-ЛОШАДИ

 

Конь мой пал на ходу от мороза

Сделал вздох - и земля с под копыт

И сбежалися все из обоза,

Что ноздрями уставши парит.

Отцепили от павшего сани,

Сняли старый потертый хомут

И морозными злыми лесами

Поспешили туда, где их ждут.

Он остался лежать, стыло сердце,

Ожидая клыкастых волков,

Прибегут. Никуда им не деться,

Если смысл у жизни таков.

Я с годами стал зорче и строже,

Накопивши морщинок у глаз.

У людей и коней жизни схожи

Лишь хоронят по-разному нас.

 

ШТРАФНИКИ

 

Вот и все, вот и кончился бой,

Тишиной оглушивши меня,

Мы в атаку ходили с тобой,

Верность долгу и чести храня.

Так газета напишет про нас,

Может быть, до небес вознеся,

Это станет правдивый рассказ,

Только правда в нем будет не вся.

Назовут и фронты, и полки,

И салют прогремит в честь побед,

Мы ж с тобою, мой друг, штрафники,

Значит, в сводках комбата нас нет!

Мы с надеждою шли в этот бой,

Чтоб Отчизну и Имя спасти,

Как на грех уцелели с тобой,

Значит, дальше клеймо нам нести.

А за что? В чем я был виноват?

Я за шкуру свою не дрожал,

Не бросал я в кусты автомат,

Из окопа назад не бежал.

Воевал я не за ордена,

Злость и горечь свои не тая,

Потому что за мною - страна,

А за нею - деревня моя.

А, видать, наказали за то,

В порошок, обещали, сотрут,

Что я что-то промолвил «не ТО»,

А особый отдел тут как тут.

Очень берег крутой у реки,

Там засел с пулеметами враг,

Завтра снова пойдут штрафники

До последних, победных атак.

Ляжем все! Но приказ есть приказ,

Да и было кого бы жалеть.

Помяните, ребята, про нас

Ради жизни ушедших на смерть!

 

ЧКАЛОВА

 

Я родился на счастливой улице

В тишине высоких тополей,

Под забором клад искали курицы,

Ветер запах меда нес с полей.

Лес стоял стеной за крайней пашнею,

В небе карусель из птичьих стай.

А едою пахло так домашнею,

Что бери сухарь и заедай.

А под вечер патефон на столике

Или книга, где большой рассказ,

Где ж тогда вы были, алкоголики?

Мое детство не встречало вас.

Ну и что, брезентовые тапочки

Да из саржи черные штаны,

Не менялись мы тогда на тряпочки,

Стыдно было после той войны!

И Держава к нам была внимательной

Все трудились, не жалея сил.

Я такою жизнью замечательной

Больше никогда уже не жил!

 

ВЫСОЦКИЙ

 

Это как подол задрать у феи

Или у данайцев взять дары ...

в скромном зале пели не «Орфеи»,

Не «Атланты» и не «песняры».

Вышел он! И со всего размаха

Бросил в зал, чуть хриплую строку,

И вздымалась сцена, словно плаха

Роковая на его веку!

Был певец небритым и усталым,

Голос не блистал на верхнем «ля» -

Никого не поразил вокалом,

Но быстрей вращалася земля!

Каждою струной гитара стонет

Бьет, как птица раненым крылом,

Он хрипел: «Помедленнее, кони!»

Словно знал, что скачут напролом.

Что уже над пропастью зависли,

Что на самом гибельном краю ...

В каждой его песне жили мысли,

А не «муси-пуси», мать твою!!!

 

ДЕНЬ РОЖДЕНЬЯ

 

Я не люблю свой день рожденья

Нет нудней «праздничного» дня,

Когда потопом словопренья

Все будут чествовать меня.

Слова посыпятся порошей,

Зависнут тучей надо мной

Душевный, умный я, хороший,

Нет только крыльев за спиной.

Я всем внимательно внимаю,

Что ж процедура не нова,

И всякий раз я понимаю,

Что это только лишь слова.

Слова из патоки и тины

Который год! В который раз!

Не заслужил и половины

Того, что сказано сейчас!

Возможно, станет вам обидно,

Ведь говорили вы, любя,

Простите, но бывает стыдно

Неправду слушать про себя.

Для поклонений есть иконы,

Молись, хоть до скончанья дней.

А у меня не похороны,

Где полагается елей.

Год проживу, услышу снова

Сю-сю, ею-ею, и я - велик ...

Да лучше б матерное слово –

Я в будни так к нему привык!

 

ПЕРУ

 

Что ж ты, перо, нос повесило,

Грусть изливая листку?

Что же не пишется весело?

Что ты вгоняешь в тоску?

Чувствую, как на пожарище

С треском сгорают года,

Где же вы други-товарищи,

Что разбрелись кто куда?

Жили мы общею верою,

Не говоря об ином,

Кто-то придавлен карьерою,

Кто-то утоплен вином.

Вас в одиночестве тоствую,

В каждый мой прожитый год.

Все мы покрылись коростою

Собственных дел и забот.

Утро сырое, прохладное.

Вечер - луч солнца угас.

Время, ко всем беспощадное,

Не пожалело и нас.

 

ОТЕЦ

 

Отец любил и крепко выпить

Ну, и слегка побушевать,

Не то чтоб пару окон выбить,

Или березку заломать.

Он был по сути добрым очень

И к нам всем сердцем прикипел,

Но, будет сказано не к ночи,

Характер тот еще имел.

Жил, как и все мы, в несвободе,

Как мудрый вождь нам повелел,

Был независим по природе,

Но подчинялся и терпел.

Через какие сердца траты

Он жил, спускаяся во мрак,

А шахта? Маты да лопаты,

Шаг вправо, влево - и ГУЛАГ!

Конечно, был он не железный,

Держался из последних сил.

Как человек был очень трезвый,

А как шахтер - срываясь, пил.

***

Мне досталось, довелось

От родной Отчизны.

Подлечусь и вновь, как лось,

Напролом по жизни.

Я дорогой не ходил,

Как вельможный мэтр!

Я всю жизнь избороздил,

Пропахал на метр!

Не катался на Порше

На «Запоре» даже,

Но мозолей на душе

Все равно не нажил.

И хорошо!

 

БАЗАР

 

Ах, наш базар, при полном при параде!

Когда сюда сходились стар и мал

Не знаю я, каким он был в Багдаде,

Но наш мне в душу детскую запал.

Он не был ни большим, ни знаменитым,

Не знал восточных пламенных страстей,

Но всех к себе притягивал магнитом

Сердечных встреч и местных новостей.

Слепые про разлуку песни пели,

Баян меха потертые жевал,

И в медный котелок гроши звенели,

И горестно народ переживал.

Спешил потом в дощатую палатку,

Чтоб грамм по сто с заходом на вираж,

А рядом кто-то шел уже вприсядку,

И это жизнь была, а не муляж.

И помню я висящую в сторонке,

Как символ окончанья страшных бед,

Роскошную русалку на клеенке,

«Персидские» ковры тех давних лет.

А карусель? Шатер под небом ясным!

А гривы деревянные коней?!

И все казалось вечным и прекрасным,

И не бьто счастливей этих дней!

Огнем горели восковые розы,

Букет на рубль - только заплати!

И средь толпы вдруг возникал Морозов,

Как ангел свято-грешный во плоти!

 

ЧЛЕН

 

Ломая жизнь через колено,

Мы не меняем лишь одно:

У нас в сознании культ члена,

Но члена - не политбюро.

А настоящего! Большого!

Во всем величье и красе

Всего три буквы это слово,

Что с малолетства знают все.

На кухне нахрипевшись в спорах,

Его мы видим поутру,

Оно как лозунг на заборах,

Оно как знамя на ветру!

Мы тайный смысл в том слове ищем,

Как исцеленье для калек,

И пишем, пишем, пишем, пишем

Из года в год, из века в век!

Три буквы, три колдовских знака

Выводим, только и всего,

Не потому ли мы, однако,

Имеем в жизни лишь его?

 

О, РЫБАЛКА!

 

Под стеной в Кандалепе

У прокладной реки,

Чтобы встретить рассветы,

Собрались рыбаки.

Ах, ты, Кондома-речка,

Говорливый поток,

Полонила сердечко,

Расплескалась у ног.

Поплавок тонет резко,

Знать потяг был могуч,

И сечет воду леска,

Словно солнечный луч.

В реку по голенище

Я забрел, не дыша,

И дугой удилище,

И дугою душа!

А сорвется - не жалко,

Значит, карп был не мой.

Чудо жизни – рыбалка

Под высокой стеной!

Пальцев дрожь, сигарета,

Чаю кружку налью.

У подножья рассвета

Я счастливый стою ...

 

С. Бакшину

 

 

НА ПОГОСТЕ

 

Когда-то для меня здесь было пусто,

Ведь были живы все, кого люблю,

Ну, а теперь иду и прячу чувства

И молча над могилами скорблю.

Немею, словно в чем-то виноватый,

Конечно ж, виноват, и знаю в чем:

Был к ним несправедливым я когда-то,

И сек порой словами, как бичом.

И не на них свои минуты тратил,

А на пустое, вздорное был рад,

И их в своих я бедах виноватил,

Хотя кругом и сам был виноват.

Сейчас прозрел, но поздно, поздно, поздно,

Душа моя и стонет, и болит,

А над крестами тихо светят звезды

И Млечный путь дорогу им торит ...

 

НИКОГО НЕ ПРЕДАЛ

 

Неужель в душевной лени

Жизнь прожил и проспешил?

Что-то тянет на колени,

Может, много нагрешил?

Что же мучают сомненья?

Иль грехи не плечу?

Попросить хочу прощенья

Да покаяться хочу.

Перед кем? Да перед вами,

Перед небом и землей,

И делами, и словами,

И богатством, и сумой.

Жить стремился я по чести

И по совести, но все ж

Падал и на ровном месте,

Тратился - и не за грош.

Что порой творил - не ведал,

Но я знаю, что любя,

Никого из вас не предал,

Разве только что себя.

 

ЗВЕРИНЫЙ ВЕК

 

Историей он зачат был во мраке,

Окованный железною уздой,

И жгли свои кострища вурдалаки,

И свастика сцепилась со звездой.

За океаном трясся жмот от злата,

К Берлину Сталин подбирал ключи

И, нарушая клятву Гиппократа,

Над пленными глумилися врачи.

И власть свою зацеловав в засосы,

Толпой покорной шел народ в овраг

И не стихи писал он, а доносы,

 

 

И длинный поезд вез его в Гулаг.

А жизнь была все веселей и краше,

И ликовала рабская душа,

Что для ослиных уш звучали марши,

Все стоны истязаемых глуша.

 

ПАСКУДНИКАМ

 

Озлобленные, мелкие, тупые,

Не пыжьтесь из себя, не вы народ.

Пустые жизни и слова пустые,

Лишь желчью ядовитой полон рот.

Конечно, вы в своих потугах вольны,

Гонимы то ль проклятьем, то ль судьбой,

Вам все претит, и всем вы недовольны,

А коль довольны - разве что собой!

Чужой успех для вас - удар сердечный,

Любители любой худой молвы,

Язык, что помело, да бред запечный,

Зато апломба выше головы!

Вам все понятно, все давно известно,

Вся наша жизнь от взлета - до сумы.

Вас к нам подвигнул сам господь небесный,

Чтоб о грехах не забывали мы.

Чтоб помнили, что есть людское братство,

Чтоб верили в мечту и доброту,

Чтобы до вас не смели опускаться,

Жизнь превратив в пустую суету.

Мы ж для детей живем и для отчизны

Примером утверждая вновь и вновь:

Не злоба торжествует в нашей жизни,

А Вера. Милосердие. Любовь!

 

С. Тарашу

 

 

ТАЙБЕРДА

 

Тайберда - до солнца горы,

Рек кипящая вода,

А белки, как после ссоры,

Разбрелися кто куда.

Небосвод из перламутра,

Гривой рыжего коня

По тайге шагает утро,

Тени сумерек гоня.

Ввысь стремятся стрелы сосен,

Над соцветьем блестки ос.

Воздух пахнет сенокосом,

Будто косит сам Христос!

Знаю я по всем приметам

Средь берез и тополей,

Кто в тайгу пришел с рассветом

Очарован будет ей.

Навсегда! Без пробужденья

Взят в полон, да ну и пусть

Здесь я до изнеможенья

Сладкой волей надышусь.

И мне больше не приснится

Сон, где часто видел их,

Перекошенные лица

Наших джунглей городских.

 

ГРАФОМАНАМ

Мы порой, как бараны

У небесных ворот,

Господа-графоманы,

Бесталанный народ.

Над бумагой зависли

Знать, удел наш таков:

При отсутствии мысли

Недержание слов.

Ну, а может, мы пашем

На чужой полосе?

После Пушкина Саши

Графоманы мы все!

Но на кромке листочка

Навсегда, на века

Вдруг рождается строчка

Хоть одна! Но строка!!!

 

В. Черных

 

НЕ НAШЛОСЬ У ДРУГА СЛОВ

Над рекой туман клубится,

Солнце всходит за плечом,

Друг присел и матерится

Еле слышно, ни о чем.

Никого он не ругает,

Злобы в слове не найти,

Не бранится, причитает,

Ах, ты, мать твою, ети!

От костра дымок в колечко,

Лист березовый дрожит,

Перламутровая речка

В сонных заводях лежит.

Пахнет клевером и мятой,

От земли идет парок.

Нет, мой друг не виноватый,

Он иначе и не мог.

Он со мной впервые летом

Перемерил все пути,

Очарованный рассветом,

Слов других не смог найти.

 

ПУРГА

Эк, погоду растащило,

Растрепало, размело,

Видно, мать-зима решила

До крестов укрыть село.

ни проезжих, ни прохожих,

Да и где он, санный путь?

Только тени корчат рожи,

Нагоняя страх и жуть.

У-у-у, как за трубой завыло,

Матку хаты затрясло,

Ах, нечистая ты сила –

Колдовское ремесло!

Снег кружится и летает,

В окна пригоршнями бьет,

Это сколько ж заплутает,

Сколь до дома не дойдет!

Разнечистая под вечер

Заровняла все кругом,

А, давай на окнах свечи

Все, что в доме есть, зажжем!

Пусть лампада затеплится

И на дальнем берегу

Озарит заблудших лица,

Всех, попавших в жизнь-пургу.

 

ДЕД

Дед, кряхтя, слезает с печки,

Мнет набрякшие бока,

Собирается он к речке

С удилой на чебака.

Знает омут на старице,

Как червя заговорить,

Чтобы рыбки для ушицы

Красноперой наловить.

Дед натягивает тапки

И идет к реке горой.

Вот обрадуется бабка,

Скажет: дед, да ты герой!

Хоть колючий и усатый,

Ну и так - кум королю,

Я тебя, мой хрыч горбатый

До сих пор еще люблю.

Улыбнется дед в усища,

Снасть поправит не спеша,

Умный рыбу сам отыщет,

А дурной так ни шиша.

Споро примется за дело,

Чтой-то? Сердца тише стук,

Что-то тело занемело,

Невесомым стало вдруг ...

И смеркаться стало рано,

Ах, ты, Господи, поди,

Может, фронтовая рана

Растревожилась в груди?

Над старицей солнце льется,

Плещет к берегу вода,

Дед с рыбалки не вернется

Чуешь, бабка, - никогда ...

 

И ВНОВЬ АПРЕЛЬ ...

Блошиный апрель, скукота!

На сердце досада и слякоть

И небо измучилось плакать,

И сумрачный лик у Христа.

Нарушен порядок вещей,

Когда все сбывается к сроку

Погода, предавшись пороку,

Глумится, как пьяный Кощей!

Вальяжность беременных рек,

Трясущийся бледный чиновник,

Поплыл в окияны коровник –

Последний совковый ковчег.

Начальник! Тебе ль горевать?

Не бойся, не пустят на мыло,

У нас полдержавы уплыло

И многим на то наплевать.

А мы? Знай, живем да живем,

Крестим и погоду, и власти

И много ль нам надо для счастья? –

Чтоб солнышко да в окаем.

Чтоб водка дошла до нутра

И чтобы жилось без обмана,

В обличье тупого барана

Никто б не глумился с утра.

И пиво чтоб было в кафе,

Где душу согреть, с перепою,

И чтоб не встречать нам с тобою

Напяливших вновь галифе.

Да, полно о них! Ведь весна,

А это всегда возрожденье.

И пишем мы стихотворенье

«Природа проснулась от сна ...»

 

ИДЕИ

Идеи никогда не умирают,

Они живут в глубинах бытия,

Уходят, если их не понимают,

Обиду на столетья затая.

Зато когда во тьме взовьется пламя

И озарит ступивших на обрыв,

Они над нами реют, словно знамя,

В единый превращаются порыв.

И прежде по нехоженым дорогам

Они ведут нас до исхода дней,

И в этом мире смрадном и убогом

Наверное, становится светлей.

И значим каждый, даже раб убогий,

Что цепи сбросил к царскому столпу,

Но, поражаясь, сверху смотрят боги

Как люди превращаются в толпу!

 

ЧТО ДВИЖЕТ ПОЭТОМ

Что движет поэтом? Неужто тщеславье одно?

Что хочет поведать он миру в смятенье свободном

О том, что дано нам и что, хоть умри, не дано,

О святости жизни, о грехе ее первородном?

Он чувствует время, как бьющийся пульс на руке,

Он знает о нас то, что ведают разве что боги,

Он - тайна великая сам, как звезда вдалеке,

И каждому спутник и чистый родник у дороги.

Он тянется к нам по стопам, и заветам Христа,

Он к правде веками идет через море и сушу.

С молитвой немою он также стоит у креста,

Но гвозди ему забивают не в руки, а в душу.

Однажды, я знаю, вы все же придете к костру,

Что он запалил, чтобы тьма отступила навеки.

Пусть сам он свечою сгорит на палящем ветру,

Другие придут, чтобы совесть искать в человеке!

Что движет поэтом?

 

ПРЕДЗИМЬЕ

Закончилась осень. Про дождь не хочу я писать,

Про павшие листья и хмурое небо над нами,

Всё это банально и скучно. Какими ж словами

И негу ее, и печаль я бы смог передать?

Сие невозможно! Немыслимо! Не суждено!

Предзимье свое мы встречаем всегда бессловесно.

А выбор один, то ль дорогой пойти нам небесной,

Толь, сердцем немея, спускаться на самое дно.

Потом не случится, лишь вечная будет зима,

С годами к ее обаянью я стал равнодушный,

Ни мыслей, ни чувств. Снег на землю ложится тщедушный

И память о прошлом, ушедшем не сводит с ума.

Смятение чувств! А за ним и смятение глаз.

Предзимье томит, словно ночь, что пришла без заката.

Кому-то молчанье - награда, кому-то - расплата

Но как хорошо, что неведомо это для нас.

 

V. ПОД ПСЕВДОНИМОМ ВАСЯ КРЮЧКИН

 

(1990-2004 гг.)

 

К НАРОДАМ!

Размышляю так и сяк:

То ль народ у нас босяк,

Толь правители такие,

Головой их об косяк?

Столь веков живем уже

С целым миром на ноже.

Велика ты, мать Россия,

Что ж ты ходишь в неглиже?

Победили в мире всех,

А в итоге? Курам смех:

Побежденные - героям

Помогают от прорех!

Мы великая страна

Лишь тогда, когда война.

Повседневная работа

Россиянину вредна.

Нам бы космос штурмовать,

Нам бы реки обращать,

А штаны пошить как надо

Не могем, едрена мать!

Впереди у нас ни зги,

Просим Запад: помоги,

Дай нам денег, доннер-веттер,

Чай друзья мы, не враги!

Запад деньги нам давал,

Эшелонами совал,

Только кто-то нехороший

Все составы своровал!

Ты, народ простой, не майсь

И ни в чем не сомневайсь,

Оберут тебя до нитки

Сам Гайдар и с ним Чубайс.

Все у них совпало в масть:

Демократия, чтоб красть.

Нет у нас Закона власти –

Есть у нас в законе власть!

Верно молвят на земле:

Лучше нету, чем в Кремле,

Только стань слугой народа –

Будет рожа в крем-брюле!

Ну и сколько нам так жить,

Над своей страной блажить?

Почему мы продолжаем

Огороды городить?

То нам нужен коммунизм,

То давай капитализм.

Там и тут работать надо!

Вот такой метаболизм!

Мы ж в отличье от людей

Жить не можем без идей,

Посему ораву кормим

Политических б ...

Нам б на «измы» наплевать,

А собраться и пахать

До седьмого пота дружно

И пореже наливать!

Но мы, выросши в пьяни,

Столько празднеств развели,

Что неделями бухаем,

Словно негры в Сомали.

Только солнышко встает,

В магазин бежит народ.

Через час он все проблемы

Сладкой водочкой зальет!

Нет зарплат, но водку жрем,

На грудях рубахи рвем.

А потома, оклемавшись,

Над судьбиной слезы льем.

Эй, Ванюша, слышь, Иван,

Ты почто с утра не пьян?

Нет рубля на опохмелку?

Враз исправим сей изъян.

За чеплак давай берись

Да на власти помолись:

Раз нашли на водку деньги,

То реформы удались!

Значит, есть у нас запал,

Хоть и пьем мы «самопал»!

Но зато наш «реформатор»

Водку спиртом запивал.

Верно думает народ:

Каждый счастье сам кует,

Коли хочешь поработать,

Ляг поспи, и все пройдет!

Вот, друзья, как мы живем,

Корку черствую жуем.

Промотали пол-Союза

И Россию всю пропьем.

Не расскажешь и в стихах,

Как запутались в грехах.

Правовое государство

В сорняках да лопухах!

Ну, и кто же в дураках

Оказался на веках?

Ты да я, да тетя Маша

Держим фигу в кулаках.

Кто, скажите, виноват,

Что который год подряд

Мы в дерьме сидим по уши?

Сталин? Ельцин? Гиппократ?

Виноваты мы, народ,

Охреневший от забот.

Не стремимся жить как надо,

А совсем наоборот.

Так и будем мять бока,

Все оставив «на пока»?

Поздравляю вас, ребятки,

С днем Большого Дурака!!!

Мне не надо «медных труб»,

Я ж не злой и я не груб,

Все сказал я вам по чести,

Потому что «правдоруб»!

УДЕЛ

Судьба решает все ребром,

И путь наш на земле недолог,

Один по жизни астроном,

Другой по жизни - гинеколог ...

* * *

От возмущения немеем,

Вся жизнь - сплошные виражи,

Себя нисколько не жалеем,

Когда ж других жалеть, скажи?!

* * *

Такой большой, такой вальяжный,

Не поднимая тяжких век,

Ушел в политику однажды

И враз пропал как человек.

* * *

Недаром говорят в народе,

Закон судьбы неумолим:

Все бабы - лживы по природе,

Иначе бы не выжить им!

* * *

Рассуждаем так и сяк:

Где мессия? Нет мессии.

Коль Россия - то бардак,

Коль порядок - нет России!

* * *

Ответьте все-таки-таки,

Чьим неведомым веленьем

Сидим, как в банке пауки,

И жрем друг друга с наслажденьем?

* * *

Вся свобода для народа, -

Говорят нам год от года.

Разогнулся в полный рост,

Подышал ... и на погост!

РУБАИ

От влияния лет почернеет и медь.

Почему мы не любим друг друга, ответь?

Потому мы не любим друг друга, о люди,

Что любить - это труд, проще так околеть.

* * *

В государстве моем ничего не поймешь,

Беззаконье нас жрет, как тифозная вошь.

Коль украл, но залез за Кремлевскую стенку,

Ты не вор, а политик, а значит - не трожь!

* * *

Почему же тебе я давно стал не мил?

Что ж. В аптеку пошел и виагру купил.

На интимный напиток все деньги потратил,

Трое суток не ем - на любовь нету сил.

* * *

Не рвись во власть! Тебе она на кой?

Любая власть перед людьми - изгой.

А коли потерял себя навеки,

Прожил ты зря, и жизни нет другой!

* * *

Обними тонкий стан и вина выпей всласть.

Это лучше, поверь, чем безудержно красть.

Все равно не утащишь с собою в могилу

Барахла, что нахапал блужденьем во власть!

ДУБАЙС БЕССМЕРТНЫЙ

Совершив все прегрешенья,

Разорив нас без войны,

Налетел на покушенье

Оберкиллер всей страны.

Кто же зуб на Колю точит,

Чтоб башку ему свернуть?

Человека жалко очень,

А Дубайса - ну, ничуть!

Он не просто так попался,

Он всех нас не уважал,

Что создал - на то нарвался,

Что посеял - то пожал.

Для народа он повсюду

Кошка драная в дому.

Уцелел? Так то не чудо,

Всем понятно почему.

Что строчить из автомата,

Бомбы ставить на краю,

Ведь не нужен он, ребята,

Ни в аду и ни в раю!

Это точно, вы поверьте,

Говорю не для проформ

Разбегутся даже черти

От дубайсовских реформ!

Не моргнув при этом глазом,

Бросят черти все дела,

И котлы погаснут разом,

И застынет вся смола.

А на завтрак и на ужин

Ни тефтелей, ни вина.

Нет! В аду Дубайс не нужен –

Испугался сатана!

А в раю? В раю тем паче!

За неделю, не за год

Он же все переиначит,

Переделит, перетрет.

Заведет себе фазенду,

Чтобы кофе пить с утра,

Кущи райские - в аренду

И в охранники - Петра!

Человек без всякой чести,

Он хоть где раскинет сеть,

И в раю на видном месте

Будет ваучер висеть!

Там все это понимают

И не пустят на порог,

Здесь таких не принимают, -

Возмутился даже Бог!

Без расстройства и тревоги

Будет жить он сотни лет,

Потому что нет дороги

Проходимцу на тот свет!

РЫБКИН-ШОУ

«Бедная Россия, если ею пытаются руководить дикие люди ...» (Альбина Рыбкина о поступке мужа).

То ль гормон мужской сказался,

То ли сам он виноват?

Ваня Рыбкин потерялся,

В президенты кандидат!

В избирком он не явился

И мандат свой не достал

То ль у бабы забурился,

То ли в плен кому попал?

Коль у бабы пил абсенты,

Ты скандал не заводи.

Кандидаты в президенты

Тоже мужики, поди ...

Грех бранить его за это,

В позу ставить и на вид.

От заката до рассвета

Быстро времечко летит!

у любви свои коварства,

Коль к тому ж она с листа –

Тут уж не до государства,

Не до высшего поста!

Не до смеха, не до стона,

Все пройдет, а жизнь - такси ...

Не до «Елина-платона».

Господи! Иже еси ...

Трудно справиться с натурой,

Коль натура в козырях,

Почему ж он ходит хмурый?

Значит, дело не в любвях?

Говорит стране невнятно –

То ли там, а то ли здесь,

Ничего нам не понятно,

Где ж он был? И где ж он есть?

Может, страшные бандюки

Ваню спрятали в кусты?

Повязали ноги-руки:

Отдавай свои листы!

Может, Ваня растерялся,

Словно школьник у доски?

Иль к Аль-Кайде он попался

Прям в зыбучие пески?

Избивали, угрожали,

Полоскали до небес,

На кол только не сажали,

Потому что сам залез!

А возможно, спозаранку

(Против власти не греби!)

Утащила на Лубянку

Агентура Кей-Джи-Би?

Вот дела, а вот делишки,

То ли жить, а то ль не жить,

Только стоило парнишке

Глаз на Кремль положить!

Враз пропал политик бравый,

И не по своей вине,

Знать, режим у нас «кровавый»,

Значит власть у нас в «го вне»!

Телевиденье, газеты

Показали свой оскал,

Все бордели, все кюветы

Запад дружно обыскал.

Был расчет у Вани трезвый

В этот високосный год,

Все стерпел он, как железный,

Пострадал - так за народ!

До соплей последних бился

И за честь вставал горой,

На коне домой явился

Страстотерпец и герой!

Мы ж, конечно, встав с дивана,

Причесавши волоса,

За блудящего Ивана

Отдадим все голоса.

Будет Ваня президентом:

В руки - руль, нога - на газ.

А потом одним моментом

Бросит пост и бросит нас.

А вообще он парень славный,

Речь складна и взор горит.

Это цирк! А клоун главный

Где-то в Лондоне сидит!

«ЗА СТЕКЛОМ»

Обагрилось сердце кровью:

Вот гоморра и содом!

Занимаются любовью

По ТВ, и «за стеклом».

Верх бесстыдства!

В чем причина?

И куда мы все летим?

Даже глупая скотина

Держит в тайне свой интим!

На экране стоны, ласки,

Да всерьез, не на смеху.

Обыватель пялит глазки

Или чешется в паху.

Обнаглели, оборзели,

Что имею, то достал.

Мы б на это не смотрели,

Кто показывать бы стал?

Разложения приметы.

В государстве правит лом.

И в масштабах всей планеты

Вся Россия «за стеклом»!

У НАС, ЧТО Б НИ СЛУЧИЛОСЬ

У нас, что б ни случилось, виновата

Природа по макушку за глаза:

Трудящимся не выдана зарплата?

Так над страной промчалася гроза.

Достоинство стоптали в человеке,

Цена - копейка для рабочих рук,

Так виноваты в этом наши реки –

Позатопили, суки, все вокруг!

Вот так живем от «аха» и до «оха»

Над пропастью на гибельном краю.

В бюджете денег мало - это плохо,

Комета пролетела, мать твою!

Мы пояса затягиваем туже,

В кармане на аркане лишь блоха,

В бюджете денег много - еще хуже,

А вдруг пожар? Да ну их от греха!

Летят в корзину планы и прогнозы,

Как урожай невиданный собрать,

Собрали бы, но тут пришли морозы

Ну, кто такое мог предугадать?

Ответственность давно канула в лету.

Что ни чинуша, то тупой баран.

Шахтеры гибнут? Виноватых нету,

А если виноват, то газ-метан.

Но крепнет мысль простая у народа,

Что на мякине нечего гадать,

Не виновата матушка-природа.

Пора б метеорологов прогнать!

РАССКАЗ КОЧЕГАРА

А надысь мы кричали «Ура»,

Это было вообще «сакраменто»!

В нашей бане буквально вчера

Коллектив избирал президента.

Дружно били ногами об пол,

Заходясь в политической страсти.

Но, увы, получился раскол

На мужскую и женскую части.

Не учли мы, дурные, момент,

Оказались в политике слабы,

Вдруг случайно зайдет президент

В помещенье, где моются бабы?

Ну а там из одежды лишь таз ...

Он, понятно, мужик не из глины,

Он же сразу, поверьте, предаст

Интересы мужской половины!

И покатится дело в овраг,

И пойдет по земле обезличка,

Баба, как ни крути, все же враг

Всем святыням мужским и привычкам,

А уж это совсем ни к чему.

Голым лучше, наверно, без власти.

И решили мы так, по уму,

Разорваться на разные части.

Все поделим! Мочалку и таз!

За свободу любого задушим.

Будет два президента у нас

На две бани. А эту разрушим!

Я ВСЕ НАРОДЫ ЧТУ

Я все народы чту и обожаю,

Любому представителю почет,

И тех поганцев я не уважаю,

Кто их не уважает и не чтет.

Абрамы, Мирчи, Шамили и Гоши –

Для Бога мы единая семья,

Да был бы только человек хороший,

А не подонок, пьянь или свинья.

Не загружаясь шовинизма тарой,

Не предаваясь расовым мечтам,

Я за еврея лысого с гитарой

Иных сто русских запросто отдам.

И так скажу, приятно нам и любо,

Когда ложится первозданный снег

Когда поет нам Кикабидзе Буба,

Грузин, но очень русский человек!

А кто от жизни заслонен стаканом,

Кто лодырь, нытик, пьяница и чмо

Пускай сто раз зовут его Иваном,

Но он не русский, так себе, дерьмо.

Мы рождены для счастья и свободы,

Всем хватит места на родной земле,

Но все ж прошу, подвиньтеся, «народы»,

Особенно которые ... в Кремле ...

ВОРОНЫ РЫЖИЕ

С властью мы ни о чем не спорили,

По путчистам с испугу вдарили.

Так за что вы нас «объегорили»

Почему всех нас «обгайдарили»?

Мы слезою весь мир окрасили,

Коли вы всех нас так оформили

А потом еще «отчубайсили»

И в конце концов «отреформили»!

Мы в своих начинаньях смелые,

А коль начали, то бесстыжие,

Потому у нас негры - белые,

Потому у нас вороны - рыжие.

К АРЕСТУ МАВРОДИ

То-то радости в народе:

Сыскари-то каковы?!

Взяли под руки Мавроди

Посередь самой Москвы!

Враз без страха и без оха,

Не успел и поседеть ...

То, что сцапали - неплохо,

Плохо то, что «посередь».

Задаемся мы вопросом:

Тут бы всякий заблажил –

Жил у всех под самым носом

И неплохо, в общем, жил!

Что ж никто не расстарался,

Не поймал, не задержал?

Он со всей Москвой сношался,

На рыбалки выезжал!

Всю страну переобидел,

Бабки тоннами кидал,

Но никто его не видел,

Прям в упор не замечал.

Никакой тут нет загадки,

Непонятного конца –

Деньги кончились на взятки

Вот и сцапали мальца!

ВПЕРЕД, ДРУЗЬЯ!

Хоть живу я, как в бреду,

И сдаю посуду,

Но на выборы пойду,

Гражданином буду!

Я великим не родня,

Я вообще пехота.

Но не дам, чтоб за меня

Выбор сделал кто-то!

Ведь в конце любых концов,

Мало нам напасти?

Раньше много подлецов

Пробралось во власти!

Кто свои права качал

И рулить поперся,

Потому что ты смолчал

А сейчас утерся?

Так что больше не плошай

И крестись до грома,

Сам свою судьбу решай,

А не кисни дома!

Не хотим терять лица,

Полагать на случай.

Отдадим свои сердца

Лучшему из лучших!

ПЛАЧ ПО НТВ

У нас разрушилась основа

Или потрескалась слегка?

Я тоже - за свободу слова!

Но не свободу кошелька.

За демократию - полцарства!

Воскликну, вольницу любя,

Но кошелек-то государства

Почто в кармане у тебя?

Владыки душ, как сибариты,

Глазами начали вращать.

Себе нахапали кредиты,

А Путин должен возвращать?!

Когда же крепко их прижали:

Верните деньги - иль тюрьма,

На всю планету завизжали:

Свободы слова, мол, нема?

А я вас спрашиваю снова:

Зачем же лезете в кишку?

Причем же здесь «свобода слова»,

Коль ваше рыльце все в пушку?

Они ни капли не смутились,

Не извинились невзначай,

Они к народу обратились:

Давай, народ, нас выручай!

Тут все бездельники сбежались,

Один орет, другой поет.

Вопрос: за что же вы сражались?

Ответ: да хрен его поймет!

у нас отняли что-то вроде,

Кого-то, где-то и в момент ...

Вот так когда-то за Мавроди

Раб темный лез на постамент!

Кто слезы льет, а кто хохочет,

Кто петлю вешает на сук ...

Нас дурят все, кто ни захочет,

Но поумнеть нам недосуг.

Куда ни глянь, везде потемки,

И под державною главой

Стоят надменные подонки

Над вдрызг расхристанной толпой!

В «РОСУГОЛЬ» И «КУЗБАССЭНЕРГО»

Я вам пишу письмо из Осинграда,

Держа такую думку на уме,

Я вам скажу сейчас, чего мне надо,

А что вам надо, вы скажите мне.

Уже зима почти что на пороге,

Уже карась давно в реке уснул.

А где тепло? В какой оно дороге?

Иль кто-то трубы взял да повернул?

Как проглотить такую вот конфетку?

Иль мало бед познал уже Кузбасс?

А если мы вам заворотим ветку?

И пусть составы прут помимо вас?!

А вы в ответ, не то чтобы там печку

Какую перестанете топить,

А еще лучше, поверните речку,

Чтоб ни умыться нам и ни попить!

А можно сотворить стену повыше

Иль вырыть ров да мины заложить,

Все можно, коль сместились с места крыши,

Коль нет желанья просто взять и жить.

Большие дяди ссорятся за «бабки»,

В политике большой берут очки.

В домах остывших замерзают бабки,

И дети прячут в кофты кулачки

Вы говорите, что понять вас можно,

Что вы за нас пойдете хоть «куды».

Но отчего так на душе тревожно,

Какое-то предчувствие беды?

Мы все слепы, вернее, мы ослепли.

Стреноженнее дряхлого коня.

Когда страна останется на пепле,

Ни деньги не спасут, ни болтовня!

ДЕНЬ СОГЛАСИЯ И ПРИМИРЕНИЯ

И на кой этот «праздник» мне сдался?

Для чего - я никак не пойму!

Я с народом своим не ругался,

Жил в согласии с ним и живу.

Вижу всюду поникшие лица,

Знаю жизнь, ту, что есть, без прикрас.

Ну, так с кем я обязан мириться?

С тем, кто разом ограбил всех нас?

С теми, кто, пребывая во власти,

Поделил всю страну «на троих»?

А теперь, мол, давайте жить в счастье:

Мы в дворцах, вы - в лачугах своих?

С теми, кто, растоптав все законы,

Хапал, грабил и нас предавал,

С теми, кто, нахватал миллионы,

А у нас все, что было отнял?

Их потуги понять мне не сложно,

Но хочу так сказать вам, друзья:

Жить с волками в миру невозможно,

А с шакалами - вовсе нельзя!

ОТКЕЛЬ БЫТЬ РАЮ?

Идет молва по белу свету

И даже на его краю:

Заменят льготы на монету,

И заживем мы, как в раю.

Я сомневаюсь насчет рая,

Хотя туда попасть бы рад.

Увы! Российская кривая

Приводит нас обычно в ад.

Вы мне, пожалуйста, не верьте,

Я, может быть, погряз во мгле,

Но коль сидят в Минфине черти,

Откель быть раю на земле?

***

У нас понятие простое,

Мы твердо верим в чудеса:

Хотели разом из застоя

Попасть на Божьи небеса.

Шагнули «в сказочные дали»

И продолжаем колесить.

Куда же, братцы, мы попали?

Пора б с проктолога спросить!

***

Гордо реет флаг на фасаде,

Кумачом отливают ухи,

По обочинам встали бляди,

На экранах резвятся шлюхи.

Мы свободнее год от года,

Скоро ср ... начнем где попало,

Потому что свободы много,

А извилин пока что - мало!

***

Все растащил он, и все шито-крыто:

Рот за замке, и обет на века.

Наш либерал - это сродни бандита

Только побольше длина языка.

Хапал и рвал он Россию на части,

Всякую нечисть, таща под венец.

Был он при власти, остался при масти,

Был он подлец - и остался подлец!

***

Вороватые менты

Не подонки, не скоты:

Жить им тоже как-то надо

Среди этой суеты.

Да, у них характер крут:

Враз до копчика сотрут.

Что касается до взяток –

Им дают - они берут.

Ну, а ты бы что сказал,

Если б кто тебе их дал?

Коль на лапу положили,

Неужели б ты не взял?

И министр, и депутат –

Каждый приработку рад!

Удержать их невозможно,

Хоть построй ты сто оград!

Что мне хочется сказать?

Чтоб с проблемой завязать,

Узаконить взятки надо

И налог в казну с них брать!

***

Жизнью нам доказано научно,

Что должны мы ею дорожить.

Без Чубайса стало как-то скучно,

Как-то пресно, братцы, стало жить!

Проходимцев кончилась эпоха?

Нынче новый люд во власти прет?

Без Гайдара тоже стало плохо,

Кто нам про субвенции соврет?

Начитавшись Гегеля и Канта,

Диалектику постигнув вмиг,

Погрущу я над судьбой гаранта,

Вот уж развеселый был мужик!

Мы бы их вернуть, конечно, рады,

Вспять вернуть веселые года ...

Жить в России, да без клоунады

Как-то непривычно, господа!

***

Прогресс - это движение,

И мы идем вперед:

То новое мышление,

То новый поворот.

То новые задачи,

То старые долги.

Сплошные неудачи,

А впереди - не зги!

Личное стихотворное послание Президенту США от Васи Крючкина

ДЕРЖИСЬ, БИЛЛ!

Нет поганее момента,

Перейти хочу на мат!

Поднялись на президента

Весь конгресс и весь сенат.

Чтобы Биллу была крышка,

Чтобы гнить ему с тоски,

Разорвали все бельишко

Президента на куски!

Обошлися с ним по-свински,

Да и кто, едрена мать!

Эта Моника Левински –

Распоследнейшая ...!

Обошлися с ним не слабо:

По башке, да кирпичом!

Пусть его ругает баба,

Ну а вы-то здесь причем?

Он-то что? Мужик нормальный,

Свой не упустил момент.

Семьянин - не идеальный,

Но отличный ж президент!

Выражаяся наружно,

Говоря не для гостей,

Осудили его дружно

Импотенты всех мастей.

Им не пилось и не елось,

Не спалось в который раз,

Им бы тоже так хотелось,

Да не могут - вот весь сказ!

Признание Васи Крючкина

НЕ ВАН ДАММ

Я, конечно, не Ван Дамм,

Но ценю не меньше дам.

Для меня любая баба –

Настоящая мадам!

Что ж меня за это бить,

Что готов я всех любить?

Я ж не выбирал характер –

Кому нюхать, кому пить.

Пусть во рту лишь зуба три,

Но зато душа внутри!

Пусть хромаю и чихаю,

Ты на это не смотри!

Утверждал философ Кант,

Что любить - большой талант.

Гегель сам по бабам шастал,

Несмотря что обскурант!

Что там Гегель, - президент!!!

Раз, другой приняв абсент,

Ущипнет и королеву,

А потом хучь импичмент!

Не избавить мужиков

От природных от оков.

Просто будь ты человеком,

Больше дела - меньше слов!

НОВАЯ СТАТЬЯ ЭКСПОРТА

Засохли завязи у вербы,

Побились крышки у крыльца,

Когда однажды братья-сербы

Продали своего «отца».

Торговец! Пользуйся моментом!

Не загоняй удачу в гроб!

Да, был у них он президентом,

А ныне узник всех «европ»!

Не слышно «Слободу», не видно,

Хоть не доказана вина.

Да, торговать людьми постыдно,

Но слишком добрая цена!

Ну как тут сербам удержаться,

Как не пойти на водопой?

А ведь всегда могли сражаться

За честь страны своей родной.

И немцев били, и австрийцев –

Спокон веков так повелось,

Но современных кровопийцев

Им победить не удалось.

Дивлюсь такой я перемене

На целый мир! Во всей «красе»!

Так дружно встали на колени

За 30 сребренников все!

А может, ныне так и надо?

Руководящие тела?

Одним тюрьма - другим награда

За те же самые дела.

Тогда, понюхав амаранта,

Перекрестив с утра живот,

Давайте продадим «гаранта»?!

(да только кто ж его возьмет!).

МАЛЬЧИШ-ПЛОХИШ

Скажу вам правду, видит Бог!

Терпеть такое я не в силе,

Нас «фюрер» одолеть не смог,

Зато свои все развалили.

По всем «фронтам» вели бои

И оказалися не слабы.

Какие же они свои,

Мордатозадые завлабы?!

Над всей Россиею пожар,

Да пепел над страной летает,

А наша «умница» Г ...

Губами шлепает и тает.

Какая ж черная душа!

Какая ж грязная наука!

Знать дед Мальчиша-Плохиша

Писал, творил с родного внука!

Нет, этот саблей не махал

И не таился за окопом.

Тот - тайну за жратву продал,

А этот - всю страну и скопом.

Сейчас он, вроде, не у дел,

Но ликовать нам все же рано.

Гляди, нисколь не похудел –

Для морды надо два экрана!

КАК НЕ БЫТЬ КРИЗИСУ?

Мы все работали, старались

С энтузиазмом новизны.

Куда же гроши подевались

Из государственной казны?

Мы голодуем, голодаем,

Живем, хоть Лазаря запой.

Аж две картошки мы съедаем,

А уж потом идем в забой.

Кто скажет нам, в какие сметы

Легли затертые до дыр

Банкеты, мать твою, фуршеты,

Инаугурации и пр.!

Поискромсав страну на ленты,

Сегодня держим мы совет,

Какие к черту импичменты,

Коль власти абсолютно нет!

Не обошлись мы без «мессии».

Отсюда только хрен в горшке,

Как не быть кризису в России,

Коль кризис в царственной башке!

МОНОЛОГ ТОКСИКОМАНА

Вчерась слыхал от Насти-наркоманки,

Когда к блаженству был уже в пути,

Что в Крым приехали сражаться янки

Сепаратистов, мать твою ети!

Я был поклонник Леннона и твиста,

Но родину люблю, и, видит Бог,

Я бы любого, гля, сепаратиста

Поймал и сепаратор бы отсек!

Простите, не хотел я выражаться,

Но мой протест понятен и не нов,

Да разве можно этак унижаться

«Без галстуков», а то и без штанов!

Я завязал содружество с «Моментом».

Я понял, что качусь во тьму и мглу ...

У нас ведь только нашим президентам

Позволено садиться на иглу!

ОНИ

Покажется теперь немало

Российским медленным умам.

Они, как крысы из подвала,

Явилися на горе нам.

И не нашлося человека,

Чтоб нашу Родину спасти.

Великую Державу века –

Да на четыре на кости!

МОНОЛОГ РАСХИТИТЕЛЯ ЦВЕТМЕТА

Не хочу, ядрена мать,

Я трудиться, век пахать,

Ведь у нас сейчас свободы,

Буду лучше воровать!

Я - мужик в расцвете лет,

Но прошу у вас совет,

Что мне выгоднее стырить,

Колбасу или цветмет?

Вам решать, а мне судить

Да руками разводить.

Вы пока чешите репу,

Кабеля пойду рубить!

Нарублю я кабелей

На мешок родных рублей.

Бабок хватит и на водку,

На жратву и на б ...

Понаделаю я бед?

Ё-моё, погаснет свет?

Да не будет телефона?

Да по мне хоть на сто лет!

Издала Москва Указ –

Испужались мы как раз.

Нам нужны указы ваши,

Как собаке контрабас!

Я клянуся, буду бля,

Что для длинного рубля

Поломаю все, что хочешь,

Порублю все кабеля!

Дед до гробовой доски

Помнил в поле колоски.

Пять поднял - схватил «десятку»

Там и помер от тоски.

А сейчас иной сезон,

Так намедни пел Кобзон.

Пока правят дерьмократы,

Значит, хапать есть резон!

Так что шлю я вам привет!

За сочуйство и совет.

Что вы можете мне сделать?

Разве только что минет?!

***

Одного пока никак я не пойму

И от этого порой схожу с ума:

Виноват? Тебя свезут на Колыму,

А теперь куда ни глянешь - Колыма!

Час пробьет, и мы последнее съедим,

А потом куда? На жизнь иль на живот?

Мы Россию никому не отдадим?

Да никто ее у нас и не возьмет!

От былого не осталось ни шиша.

Бог ли - дьявол прегрешенья нам скостит?

Если что и в изобилье, так лапша,

Да и та, что на ушах у нас висит!

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Вот и все! Вот и все! На столе догорает свеча.

Окна в сад распахну, чтобы не было пусто и душно.

Что я сделал? Не знаю! Любил ли? Рубил ли с плеча?

Вам об этом судить или мимо пройти равнодушно.

Если вы отыскали случайно свое между строк

И мое стало вашим, попятным средь света и мрака,

Значит, ручкой моею водил не поэт, а пророк,

А поэт без пророчества просто бумагомарака.

Не себя я жалел, и не вас я бранил потому,

Что людей никогда не судил, невзирая на лица

Человека искал, чтоб, найдя, прикоснуться к нему,

Сил набраться и снова к столу со свечой воротиться.

10.02.2006

 

Комментарии (1)
Konstantin # 7 мая 2013 в 14:23 0
Очень приятно и неожиданно, Скрипов Герман Степанович из Осинников - мой дед
Калтан – Осинники 21 века © 2017

Калтан – Осинники 21 века

Внимание Ваш браузер устарел!

Мы рады приветствовать Вас на нашем сайте! К сожалению браузер, которым вы пользуетесь устарел. Он не может корректно отобразить информацию на страницах нашего сайта и очень сильно ограничивает Вас в получении полного удовлетворения от работы в интернете. Мы настоятельно рекомендуем вам обновить Ваш браузер до последней версии, или установить отличный от него продукт.

Для того чтобы обновить Ваш браузер до последней версии, перейдите по данной ссылке Microsoft Internet Explorer.
Если по каким-либо причинам вы не можете обновить Ваш браузер, попробуйте в работе один из этих:

Какие преимущества от перехода на более новый браузер?